Книга Принцесса Сливового Аромата, страница 86 – Виктория Воронина

— Через два месяца ворота в столицу должны быть открыты для меня и моего войска, – коротко распорядился Тао Нань. – Только тогда вы станете Первым Министром.

Шан Сы в знак согласия прижал руки к своей груди, и сделка изменника с мятежником состоялась.

» Глава 19

Расставшись с министром-предателем, Тао Нань тут же послал гонца к киданям с выражением согласия заключить мир, желая обрести полную свободу действий для расправы с внутренними врагами. При этом молодой генерал испытал немалое сожаление от собственного решения, поскольку его воинам оставалось совсем немного, чтобы захватить всю Внутреннюю Монголию и надолго обезопасить Поднебесную от нашествий северных степных кочевников.

«Как же все-таки император Чжун не вовремя умер, и мне пришлось вместо разгрома внешнего врага заняться организацией нового дворцового переворота, ведь Ксяолян не справилась с возложенной на нее задачей!», - с досадой подумал генерал Тао. Все же, несмотря на прежние честолюбивые планы, он никак не мог смириться с возвышением Лю Мей Фэн и ее племянника, жаждал отомстить за смерть кузины Гунь и Третьего принца Мина и потому отказался от славы победителя Нэй-Мэнгу. Еще нужно было думать, как освободить из плена Ксяолян. И теперь Тао Нань не собирался считать девицу Лю ничтожным противником, помня, что первоначальная небрежность в этом вопросе обошлась ему слишком дорого – потерей части армии и пленением его единственной сестры. Поистине, недооценить врага – это значит сделать первый шаг к собственному поражению! Отныне хитрые уловки Тетушки императора Лю Цзиня на него не подействуют.

Каган Арвай охотно пошел на мировую перед лицом неминуемого разгрома и начал сватать его сестру за своего внука Джучи-хана, предлагая выгодный родственный союз. Однако тут Тао Нань не пожелал идти на уступки и расставаться с Ксяолян – единственной оставшейся в живых его родственницей. Вместе с тем он не мог ответить прямым отказом и уклончиво ответил монгольским послам, что его сестра еще слишком молода, и им лучше затеять сватовство к ней через год. Тогда кидани согласились на мир без желанной им свадьбы, и первый полководец Поднебесной отдал приказ своим войскам готовиться к возвращению в столицу.

Тем временем Правый Мнистр не бездействовал. Для начала он отправил Цай Юня в подвластную ему провинцию якобы для сбора дополнительного войска, видя в нем единственное серьезное препятствие осуществлению своих планов. Вряд ли этот жених Лю Мей Фэн спокойно бы отнесся к устраиваемому им дворцовому перевороту, и его следовало устранить из жизни Запретного Города как можно скорее.

После отъезда молодого гогуна Шан Сы вздохнул свободнее и тайно призвал влиятельных государственных чиновников для совета в Зал Сохранения Гармонии – Баохэдянь.

— Правый Министр, по какой причине ты собрал нас в неурочное время в Зале Совета? Где Государь? – начал спрашивать его седобородый советник покойного императора Гуань Ди, указывая на пустующее широкое кресло на возвышении. – И где Хранитель Императорской Печати Цай Юнь?!

— Да, да, где Государь и Хранитель Печати? – вслух задались вопросом придворные сановники, разделяющие недоумение Гуань Ди.

Шан Сы был готов к этим вопросам и хладнокровно произнес:

— Уважаемые государственные чиновники, я вынужден был собрать вас, поскольку сейчас настало время для решительных действий и судьба Поднебесной находится в ваших руках!