Книга Ричард Глостер, король английский, страница 56 – Виктория Воронина

— Я не тороплюсь короноваться, поскольку все еще решаю, достойны ли вы быть моими подданными, - прямо заявила лордам Екатерина, чем и привела их в крайнее замешательство полным отсутствием у нее честолюбия. - Со дня нашей первой встречи вы часто игнорировали мою волю, иногда даже противодействовали ей, а так быть не должно.

— Племянница, мы всего лишь старались подсказать вам, как поступить в той или иной ситуации, - нашелся герцог Бедфорд. - Вы еще очень молоды и неопытны, и вам нужно прислушиваться к голосу своих советников.

— Как бы там ни было, вы не смеете противоречить мне, - не согласилась Екатерина. - Советы вы мне можете давать только, когда я спрошу их у вас. Для меня неприемлемо быть королевой лишь по названию и превращать корону в пустое украшение... - в зал вошел герольд и возвестил о прибытии партии Йорков. Екатерина с удовлетворением заметила:

— Вот эти господа ни разу не возразили мне, хотя им, по вашим словам, не по душе моя власть.

— Ваше величество, нужно смотреть на суть поступков, а не на форму поведения, - чуть не простонал граф Оксфорд, но Екатерина, больше не обращая внимания на своих собеседников, велела мажордому пригласить к ней приезжих йоркистов.

К растерянности Екатерины, герцог Глостер повел речь о деле, с которым она никак не могла согласиться, поскольку покой и благополучие ее родины Франции были ей не менее дороги, чем мир в Англии. Даже не дослушав герцога Глостера до конца, юная королева прервала его, сухо заявив, что он может не трудиться быть красноречивым, никакой дар слова не поможет ему добиться ее согласия по поднятому им вопросу. Изумленный непривычной резкостью юной королевы Ричард принялся настаивать на необходимости новой войны с Францией. К его уговорам присоединились его приближенные и даже несколько лордов из партии Ланкастеров, принявшие расписывать королеве выгоды от войны с французами. Но все их доводы оказались напрасными.

— Запомните, милорды, пока я королева Англии, англичане никогда не начнут войны с Францией, - сказала, как отрезала, Екатерина. - Французский король Карл Восьмой мой союзник, я клялась ему в вечной дружбе, и я не желаю становиться вероломной из-за вашего давления.

— И это говорит внучка Генриха Пятого, завоевателя Франции! - сокрушенно проговорил герцог Норфолк. Его слова прибавили гневной запальчивости Екатерине, но обрушила она ее на Ричарда Глостера.

— Не хочется напоминать, милорд, о вещах явно вам неприятных, но настало время прояснить, почему в битве при Босворте бог даровал победу не вам, а моему кузену Генриху Тюдору, - язвительно произнесла королева. - Господь устал терпеть безрассудные притязания англичан на соседнее королевство, постоянно уносящих тысячи жизней, и решил остановить постоянных разжигателей войны, не видящих ничего, кроме своего честолюбия, и попирающих его святую волю. Да, вы идете против воли бога, захватывая чужие земли, поскольку каждая страна имеет свою божественную идею, свое предназначение, и мешать им есть тяже­лое прегрешение, - усилила свой голос Екатерина, видя, что герцог Глостер пытается ей возразить. - Я отказываю вам в вашем прошении, поскольку, во-первых, оно игнорирование воли бога, во-вторых, это, безусловно, безумное предприятие. Англия обескровлена постоянными войнами, ей нужна не война, а длительный мир, который поможет ей восстановить свои силы.