Книга Ричард Глостер, король английский, страница 99 – Виктория Воронина

Сэр Роберт больше не медлил ни минуты, он поспешил к мучающейся Екатерине, схватил ее за плечи и грозно закричал:

— Готовьтесь к смерти, мадам. Только что от короля мне поступило распоряжение предать вас немедленной казни за вашу супружескую измену.

Видя прямо перед собой свирепое лицо рыцаря, и слыша его страшные слова, Екатерина пришла в ужас, и вдруг у нее откуда-то появились силы сопротивляться ему и неминуемой смерти. На мгновение она забыла об изнуряющей ее боли, и этого мгновения младенцу оказалось достаточно, чтобы с громким криком вырваться на свет. Екатерина содрогнулась всем телом и впала в беспамятство.

Она очнулась солнечным майским утром, когда нежный ветерок, долетавший к ней из окна, стал ласково шевелить ее волосы. Увидев, что королева пришла в себя, служанки радостно бросились к ней и наперебой старались выполнить любое ее желание. Екатерина попросила принести ей ребенка, и одна из служанок дала ей в руки ее дочь. Это крошечное существо показалось Екатерине подлинным чудом, и она преисполнилась благодарности всему миру за испытываемое ею счастье материнства. Девочка сделалась еще дороже ей, когда королева заметила, как плохо окружающие скрывают свое разочарование от того, что она родила дочь, а не сына. Екатерина вспомнила как ей самой приходилось страдать в детстве от жалоб матери, что она оказалась не мальчиком, и еще теснее прижала крошку к себе оберегающим жестом, ничуть не жалея о том, что из-за трудных родов у нее больше никогда не будет детей. Ее счастье было полным, безграничным и бесконечным.

Когда Екатерина окрепла, она позвала сэра Шелтона, чтобы лично поблагодарить его за спасение дочери и свое собственное. Притихший Роберт Шелтон вошел в ее спальню в то время, когда королева кормила ребенка - она не пожелала отдать свою дочь в чужие руки кормилицы, хотя этого требовал обычай. Присутствие малышки дарило Екатерине такое счастье, которое она не согласилась променять на самые желанные блага в мире. В своем материнстве юная королева желала уподобиться пресвятой Деве Марии, питавшей своим молоком своего сына. Сочетание материнской любви и религиозного благоговения приносило Екатерине во время кормления дочери безграничную отраду, отчего ее лицо светилось невидимым светом неземной радости.

Екатерина сначала не заметила рыцаря, все ее внимание было обращено на ребенка, и сэр Шелтон посмотрел на нее с новым чувством уважения и преклонения. Теперь для него не имела значения ее прошлая вина, он чувствовал, что чистая самоотверженная материнская любовь смывает с женщины все ее грехи. На девчушку сэр Шелтон тоже смотрел потеплевшими глазами: он столько заботился о ее благополучном рождении, что теперь испытывал к ней отеческие чувства.

Когда Екатерина увидела Роберта Шелтона, то ничуть не смутилась того, что он застал ее за интимным занятием кормления дочери, - он теперь казался ей неотъемлемой частью ее мира. Королева ласково пригласила рыцаря сесть, и сказала:

— Теперь я думаю, что вас послал мне бог, сэр Роберт, без вас моя дочь, и я погибли бы. Если я что-нибудь в свою очередь могу для вас сделать, скажите мне, и я постараюсь это сделать.

— Лично мне ничего не нужно, государыня, я счастлив уже тем, что смог выполнить возложенную на меня задачу спасения вашей жизни, - откровенно сказал ей Роберт Шелтон. - А просить вас я хотел бы только о том, чтобы вы больше не причиняли горя моему королю Ричарду. Видит бог, он и так перенес в своей жизни немало незаслуженных страданий.