Книга Разбуженная тигрица, страница 120 – Фела Доусон Скотт

— Нет, это то, что мне необходимо. — Ариэль посмотрела на него. — Разве ты не видишь? Джунгли — это моя душа. Когда я нахожусь в каком-нибудь другом месте, во мне словно что-то умирает.

— Тогда почему ты грустишь? Ты должна быть счастлива.

— Я счастлива. — Ариэль попыталась улыбкой развеять его сомнения. — И еще я голодна. Накорми меня.

Ариэль засмеялась, но ее смех поглотил гул незнакомых наречий. Она исчезла в толпе, не оставляя Дилану ничего другого, как последовать за ней. Он легко играл с ней в прятки. Ее ярко-синее платье являлось для него путеводной звездой, за которой он следовал, когда девушка переходила от одного прилавка к другому.

Вот она стоит, поджидая его с сияющей улыбкой, щеки раскраснелись от игры, возбуждение добавило огня в его глаза. Волосы Ариэль сверкали под солнцем, отливая красным. Несколько непокорных прядей выбились из прически, которую она тщательно сооружала утром. Дилан страстно желал снова оказаться с ней в отеле.

Вдруг откуда-то появилась карета. Толпа поспешно расступилась, очищая ей дорогу. Но Ариэль смотрела на Дилана, а не на то, что происходило за ее спиной.

— Ариэль! — закричал Дилан, но крик его потонул в уличном шуме. Он видел, как изменилось выражение лица Ариэль, когда та обернулась и увидела быстро надвигающийся на нее экипаж.

Она отпрыгнула как раз в тот момент, когда подскочивший Дилан схватил ее за руку. Он быстро привлек ее к себе, и карета прогромыхала мимо, едва не задев их. Ариэль повернулась и мельком увидела в окне кареты лицо хохочущего Брюса.

Они замерли. Ариэль прильнула к Дилану. Дилан смотрел, как удаляется карета, и его охватил непонятный ужас. Возможно ли это?

Наконец Ариэль освободилась от его рук. Она сделала попытку засмеяться, но смех вышел деланным и быстро затих.

— Кажется, мне следует смотреть себе под ноги.

Дилану хотелось потрясти ее, закричать, что это, вероятно, не несчастный случай, что это Брюс Харрингтон пытался ее убить. Он хотел заставить ее громко сказать то, что она боится ему сказать.

— Черт побери, Ариэль! — Дилан зашел так далеко, что даже схватил ее за плечи. — Тебе не кажется, что пора рассказать мне все, что с тобой произошло?

В глазах Ариэль замкнутость сменила страх.

— Это был несчастный случай, Дилан. Что еще можно сказать?

Ужас от того, что она снова замыкается в себе, лишил Дилана сил и позволил гневу одержать верх. Он потряс ее за плечи.

— Почему ты делаешь это со мной? — Необычная тоска завладела им, терзая мозг. Он захотел вдруг, чтобы Ариэль тоже стало больно, так же как было больно ему. Это было невыносимо, это было неподвластно разуму.

— Будь ты проклята за то, что вошла в мою жизнь и перевернула ее! Будь ты проклята, Ариэль!

Он замолчал, потом отвернулся, не в силах больше смотреть в ее затуманенные глаза.

— Что я должен сделать, чтобы заставить тебя доверять мне?

Его наполненные болью слова вывели Ариэль из убежища спасительной замкнутости. Она протянула руку и коснулась его плеча.

— Дилан, прости, если я обидела тебя, но… — Она не могла заставить себя окончить фразу, борясь с неуверенностью.

Дилан повернулся и схватил ее за руку.

— Ну что, Ариэль? Что?

— Я не знаю как… — прошептала она, растерянность ясно читалась в ее лице и звучала в ее голосе.

— Доверять? — подсказал он. — Разделять? Это все часть любви, Ариэль. Пора доверять мне и разделить со мной то, что ты носишь в себе.