Книга Истинная цена любви дракона, или кто ещё кого спас, господин канцлер!, страница 43 – Эля Шайвел

Или… Или его просто больше нет, потому что магия Раскола – штука непредсказуемая. Что, если они не просто упали, а рассы́пались на атомы от силы удара? И я никогда не найду следов и не пойму, что произошло?

Я ведь сама читала, что магия Раскола не оставляет следов – так и я потеряю его навечно и всю оставшуюся жизнь буду искать его. Ну, это я, конечно, загнула, но смысл понятен. Даже если я не буду его искать всю жизнь, я точно буду терзаться переживаниями и сомнениями о том, что произошло в этот день и куда они исчезли.

Так что лучше следы мне найти. Ну хоть какие-нибудь!

Наконец, отдельные деревья и камни начали обретать очертания, перестав быть просто размытыми зелёными и серыми пятнами, и я уже могла различать детали того, что было на земле.

Вроде мы и спускались вертикально вниз по заверениям капитана Орвина, но никаких следов битвы или чего угодно другого я не видела. Ни прямой травы, ни сломанных веток, ни следов крови. Последнее, разумеется, слава богу, однако отсутствие хоть каких-то следов, если честно пугал очень сильно.

Я впилась глазами в землю, «сканируя» каждый квадратный метр, каждое дерево, каждую неровность. Ничего. Ни-че-го! Но они же упали в виде двух огромных зверей, как это возможно?! Где следы борьбы? Ошмётки чешуи? Сломанные когти?! Тут и вправду раскрылся этот прокля́тый чёрный портал, поэтому следов нет?

Нет. НЕТ! Горло сдавило от переживаний, слёзы предательски подкатывали к глазам, а я с остервенением утирала их тыльной стороной ладони в те моменты, когда не сжимала до боли в пальцах борта корзины, чтобы не начать рыдать.

Нельзя расписать, нельзя. Соберись, Рита, соберись. Найдёшь этого гада, отлупишь его за безрассудство, а вот после рыдай сколько влезет.

— Капитан Орвин! – будто чужим голосом заговорила я. – Пожалуйста, давайте ещё один круг дадим по этому полю, ладно? Они же упали точно здесь, да? Давайте ещё раз посмотрим, ну должно же было хоть что-то остаться, да?

— Вроде бы здесь это было, госпожа, – растерянно потрепав волосы на затылке, ответил мужчина. – Да, конечно, давайте ещё кружочек дадим.

«Пу-у-у-у-у-у-ух!». Мы снова набирали высоту. Капитан ловко управлял шаром, и буквально через пару минут мы снова поплыли вдоль края поля, заходя за рощицу низкорослых деревьев.

Сердце, кажется, рухнуло на землю.

— Там. Он там, – помертвевшими голосом прошептала я. – Спускайтесь, пожалуйста, немедленно!

Этой части спуска я не помню. Не помню, как вылезла – возможно, выпрыгнула из корзины после того, как мы приземлились – и рванула к фигуре, с которой не сводила взгляда последние пару минут.

Теон лежал на спине, глядя в небо своими голубыми глазами. Одна рука была неестественно вывернута, а светлая рубаха на груди и животе пропиталась кровью.

В первые секунды заметив этот взгляд, я ужаснулась, что он умер, но потом я увидела, как веко правого глаза едва заметно дёрнулось, и поняла, что он жив. Жив! Он жив!

Я рухнула на колени рядом с ним, тут же руками накрыв рану на груди и останавливая кровь. Теон был бледен как полотно, а на лбу выступили капли пота. Дышал он медленно, хрипло, рывками, с противными пузырящимся бульканьем.

— Глупый, самонадеянный дракон! – прошипела я. – Вечно ты пытаешься спасти меня, а тебя потом лечу! Если не помрёшь, я сама тебя прикончу, чтобы больше не переживать, идиот!