Книга Истинная цена любви дракона, или кто ещё кого спас, господин канцлер!, страница 8 – Эля Шайвел

Теон под натиском чёрного вихря потихоньку сдавал позиции. Хотя, может, дело было в ранении, но он «поехал» назад, к двери, под мощью заклинания, всё ещё напиравшего на него. И разносившего мою лавку.

Гремела разбитая посуда – мои любимые фарфоровые чашки, купленные у старьёвщика, теперь лежали на полу разбитые на осколки, трепетно изучаемые мной книги падали из шкафов, пучки трав и склянки с зельями кружились и падали под порывами шквального ветра.

А про меня – так вообще все забыли, похоже.

Первую свою естественную реакцию – завизжать – я подавила.

Вторую – броситься в укрытие – тоже.

Потому что эта коза белобрысая решила колдовать в МОЕЙ лавке. Это МОЙ дом! И хулиганить я тут не дам.

Так что пока они шипели и рычали друг на друга, я, обернувшись, нашла сковороду – тяжёлую, чугунную, с удобной ручкой. Ту самую, на которой я ещё утром жарила яичницу.

И с превеликим удовольствием, с оттяжкой и наслаждением, вмазала этой высокомерной засранке по затылку. Главное – силу рассчитать, и не убить, хотя я думаю, меня оправдают.

Ба-а-а-а-ах!

Глухой, сочный звук, будто по спелому арбузу ударили, был едва слышен в этом хаосе из магии и моих вещей.

В первые доли секунды ничего не произошло, и я даже успела испугаться, что может быть голова Беллы сама чугунная, раз уж девица умом и сообразительностью не очень отличалась.

Но потом Белла ахнула, а я выдохнула с облегчением. Чёрный вихрь тут же рассы́пался в воздухе, как дым. Девица пошатнулась, сделала неуверенный шаг в сторону, будто пытаясь удержать равновесие, и рухнула на пол, как мешок с мукой.

К сожалению, Теон тоже упал.

Он не издал ни звука. Его ноги просто подкосились, и он упал сначала на колени, вцепившись в стол, а потом медленно, как подкошенный дуб, завалился набок.

Я замерла, сжимая сковороду.

М-да. И что делать? Бежать или остаться?

С одной стороны – ну вот, я только что оглушила (надеюсь) агента тайной службы и, возможно, спасла жизнь канцлеру. Или, наоборот – помешала законному аресту?

С другой – если Белла очнётся первой, мне точно не поздоровится. А значит, для начала надо её обезвредить.

Я схватила с полки моток шпагата, которым я обычно перевязывала травы, и, не церемонясь, перевернула стерву на живот, завела руки за спиной и максимально плотно и тщательно замотала пальцы, так что получился кокон вместо ладоней.

Чтобы гадина своими погаными лапами больше не колдовала! Потом прихватив половую тряпку, соорудила из неё и шпагата кляп. Да, придётся потом тряпку выкинуть, ну что ж, бывает.

— Вот так-то лучше, – переходя к ногам, с мрачным удовольствием процедила я.

Ноги связала тем же шпагатом, перекинув петлю между лодыжек. Для верности всю конструкцию прикрепила к ножке стола – пусть «гусеничка» полежит и подумает о своём поведении, когда очнётся.

Хотя какая она гусеничка, они же милые! Слизняк она или пиявка. Не, пиявка полезная. Мммм… будет личинка майского жука – вот они самые противные, как по мне.

— А теперь, дорогуша, – я шлёпнула её по щеке, проверяя, насколько крепко она отключилась, – если проснёшься раньше времени, получишь вторую порцию воспитания чугуном.

Белла не отреагировала. Отлично. Теперь – Теон.

Я осторожно подошла к нему, присела на корточки и ткнула пальцем в плечо.