Книга Мастер Ночи и белая кошка, страница 309 – Дарья Нико

И видимо ради подтверждения своих слов он достал из артефакта хранения нож и потянулся им к руке Ивьен.

Кошка нервно дернулась, засучила лапами, истерично мявкнула и попыталась подняться.

— Не надо, — сказал другой преступник. — Кровью тут все зальешь. Это лишний запах и жизненная энергия. Мало ли по следам кинуться…

Тот неохотно послушался соратника, но все-таки угрожающе поиграл ножом в руке, и лишь потом его спрятал.

— Будь послушной кошечкой, — повторил он. — Такой, которая в цирке выступает. Глядишь тогда и сестрица будет целой, и тебе хребет не перебью. Ты всего лишь кошка, а не львица. Знай свое место.

Эрфарин замерла, потом кое-как улеглась на живот и положила голову на лапы. Удар все еще отражался в мышцах и заставлял их дрожать, человеческое тело изнывало от воздействия артефакта.

У преступников все получилось. Их похитили. И только Боги знают, что теперь будет дальше.

Где-то в глубине души Эрфарин все еще дралась, но ее усилия были тщетны. А потом она оказалась и вовсе бессильна. И ее все больше затягивал странный омут, она ощущала себя неповоротливой и словно бы опаздывала за временем, которое скручивалось вокруг нее в зримую спираль…

— Эрфарин. Эрфарин, ты мне нужна. Старшенькая, пожалуйста, приди в себя!

Она слышала голос сестры, но совершенно не понимала почему в этом голосе столько скрытой тревоги. Ивьен ведь должны быть в Академии… она только что достойно прошла открытые экзамены…

Эрфарин очнулась в облике кошки. Принюхалась, нервно дернула хвостом. Потом подошла к сестре, потерлась об нее, стараясь выразить свою заботу. Младшенькая провела дрожащими пальчиками по белоснежному мягкому меху оборотня.

— Сестренка, пожалуйста…

В голосе младшей проскользнули страх и намек на плач.

Кошка посмотрела по сторонам.

Странно… где они?

А затем, разум так долго увязавший в каких-то путах, словно бы сам разорвал их, сбросил, и воспоминания о произошедшем обрушились на сознание Эрфарин.

Девушка резко переменила облик на человеческий и тут же охнула от приступа сильной боли. Это тело помнило нанесенный по нему удар. Он все еще сказывался, все еще скручивал мышцы в судорогах, и даже кожа болела. Словно человеческая шкура стала чуждой, неестественной, но Эрфарин постаралась отринуть эти странные ощущения.

Главное что артефакта, что заставляет ее менять облик на звериный, на ней больше не было. Скорее всего дорогая штука, раз настолько эффективная. А значит имеет строгие ограничения по использованию.

— Есть смысл спрашивать где мы? — растирая виски, спросила Эрфарин.

— В каком-то подвале или… словно в подземном лабиринте. Я почти ничего не видела, — с грустью призналась Ивьен.

Она приобнимала старшую сестру и старалась стать к ней как можно ближе.

Эрфарин оценила их клетку, камеру или чем это было… Довольно широкая квадратная комната, конечно же без окон с решетчатой стороной, с проделанной в ней узкой дверью. В самой комнате лишь два деревянных настила, видимо игравшие роль лежанок-кроватей, без единой тряпки и уж тем более подушек. В самом углу едва огороженный закуток для личных нужд. И два стакана с водой почти у самой решетки.

Все. Никаких предметов, никаких способов выбраться. Ничего, что могло бы пленницам помочь или хотя бы послужило намеком на шанс.