Книга Тайная сила врача-попаданки, страница 8 – Анастасия Гудкова

В общем, Мик убежал, почти не прихрамывая, а я задумалась. Благотворительность — дело чудесное и правильное. Но и на платеж за дом заработать как-то нужно было. Так ничего внятного и не придумав, мы с Джули собрали сумки с отварами и отправились на площадь, что располагалась в самом центре столицы.

— Только бы не погнали... - бормотала Джули. — Такой шанс, такой шанс... Ой, Мари, что это там?

На площади собралась толпа. Такая, какая бывает при неприятностях: люди метались, нервничали, но помочь ничем не могли. На земле сидел мальчишка лет десяти, мать которого настойчиво звала целителя, вот только на площади ни одного не оказалось.

Я прикусила губу. Мальчик рыдал и хватался за щиколотку, потом щипал себя за икроножные мышцы и протяжно выл.

— Подержи, — приказала я Джули, едва не бросая ей сумку с отварами.

А потом — рванула к мальчугану, пока подруга кричала, что к нему меня и близко не подпустят. Вот только она ошиблась.

Мальчуган, едва я подошла к толпе, взвыл так отчаянно, что слезы полились уже из глаз стоящей рядом с ним женщины лет сорока. Хотя, поди разбери возраст дам в этом мире: ни грамма косметики, зато одежда такая, что и не понять, не то девушка, не то бабушка. Правда, из причитаний я разобрала, что плачущая мадам — мать мальчишки.

— Что случилось? — спросила я, расталкивая охающих, но совершенно бесполезных в этой ситуации женщин.

На меня тотчас посмотрели так, словно паука увидели. И ответом не удостоили. В другой момент я бы, может, и обиделась. Но сейчас меня куда больше заботил ребенок, чем моя гордость. Так что я присела на корточки и обратилась уже к нему, надеясь, что я не получу удар в спину в самом прямом смысле этого выражения. К счастью, причитающая толпа признала право матери решать судьбу случайной помощницы своего ребенка, а мать была слишком занята собственными рыданиями.

Что до мальчика... Когда так больно, и говорящей гадюке обрадуешься, лишь бы помогла.

— Я шел, — всхлипнул он. — А потом вот тут ка-ак заболело. Как будто схватил кто и не отпускает. И тянет так, словно ниточки внутри.

Да уж, уровень медицины — выше всяких похвал. У бедняги попросту ногу свело, а они целителя дозваться не могут.

— Можно? — уточнила я, обращаясь не только к мальчику, который смотрел на меня блестящими от слез глазами с явным интересом, но и к его матери.

Та торопливо огляделась, будто в поисках поддержки окружающих. Ну да, вот так разок примешь помощь от низкородной незнакомки, а потом на какой-нибудь великосветский прием не попадешь. К счастью, здравый смысл у присутствующих победил. Дама медленно кивнула, а мальчик вздохнул с явным облегчением.

Я осторожно дотронулась до ноги бедолаги, закатала штанишки до колена и принялась осторожно разминать окаменевшие мышцы. Сначала легкими поглаживаниями, с каждым прикосновением усиливая воздействие. Мальчуган охнул было, но вскоре понял, что становится легче, и улыбнулся.

Так и не дождавшиеся увлекательного, по мнению местных, и трагичного финала, зеваки разошлись, и я увидела, наконец, Джули, с выражением первозданного ужаса неотрывно на меня глядящую. Ближе подруга подойти не решалась, и я ее понимала. Мне и самой, наверное, не следовало. Все-таки порядки здесь царили совсем другие, мало ли, какие последствия для мальчика принесет лечение у низкородной врачевательницы.