Книга Ангел-хранитель для заблудшей души, страница 39 – Елена Казанцева

Стоит Лариса и обтекает.

Вдруг её мозг ожил и подкинул в топку памяти кадры, что видела её душа на кладбище.

Микроавтобус и машина мужа, что подъехали к воротам кладбища. Лица её подруг и сослуживцев, что в печали приехали провожать её в последний путь. Хищная морда дорогого седана, что сейчас стоял рядом с ней. Вот дверка элитного авто её мужа распахнулась, оттуда выпорхнула дамочка в белой шубке на высоких шпильках, затем вышел муж. Он застегнул кашемировое пальто и с брезгливым видом посмотрел на грязную кашу под ногами. Высокомерная дамочка с презрительной гримасой на лице, она оглядывает столпившихся возле гроба Тамариных подруг. С неё губ срывается: Фу, бабищи.

— Постеснялся бы, — зло шипит её лучший кондитер Любочка.

— И не говори, не успел жену схоронить, а уже со шмарами ездит, — зло зыркнула в сторону Тамариного мужа её подруга Оля.

В этот миг душе становится тоскливо, одиноко и холодно. Чувство, что её предали, не покидает душу. Он предал её задолго до того, как она умерла. Тамара ему верила, любила, все делала для того, чтобы он был счастлив. А он… Шмару какую-то подцепил.

Слова любовницы: «Какая она у тебя была жирная, как ты с ней спал?», больно ударяют, круша бастионы внутри, кроша в фарш внутренности.

Она вспомнила все!

— Я тебе говорила, что не надо было сюда приходить, — плачет позади неё невидимый Ангел.

Лариса с трудом выталкивает из себя воздух. Все это время она стояла и не дышала, замерла, словно кролик перед удавом. И вот её сердце вновь встрепенулась, ожило и вытолкнуло порцию крови. С шипением из легких вышел воздух. Она вздохнула полной грудью, а внутри её вспыхнул костер ненависти.

— Ну, почему не надо было. Очень даже надо было, — прошипела она.

— Ты не сможешь зажечь внутри себя костер любви, так и будешь вариться в своей ненависти, — рыдал Ангел.

— Ну, сначала надо выжечь внутри дотла прошлое, — мстительно усмехнулась Лариса и сделала шаг.

Она взошла на крыльцо и толкнула дверь.

Внутри было необычно тихо. В мозге вновь вспыхнули воспоминания. Раньше тут всегда толпился народ. Бабульки с утра прибегали за тестом, у Тамары оно получалось пышное и сладкое. С девяти до десяти тут толпились студенты и те, кто не успел позавтракать дома. В воздухе висели ароматы свежесваренного кофе, сдобы и марципана. С утра брали кашу, кофе и выпечку. В обед стояли очереди. Тамара делала стандартные бизнес-ланчи, любой проголодавшийся мог быстро заказать готовый обед. К вечеру в кафе тянулись домохозяйки и труженицы. Которые не хотели дома готовить еду. Здесь им предлагали огромный ассортимент выпечки и готовые ужины в боксах.

А ещё Тамара пекла торты. У неё часто заказывали торты на дни рождения и юбилеи. Перед своей смертью, она даже хотела расширяться и уже вела переговоры с соседями, хотела выкупить у тех квартиры и расширить кафе.

Поэтому тишина и безлюдность помещений резала ей глаз.

В глубине служебных помещений слышался визгливый голос любовницы Саввы.

— Почему выручка сегодня маленькая, вы что делали, бездельницы!

Лариса обвела глазами витрины. Ей сразу кинулась в глаза, что тесто в холодильнике лежит уже не первый день, булочки не такие красивые, как были у неё, видно, давно уже никто не стряпал, покупали на заказ, похожие на пластилин, готовые пирожные. На столах скатерти не первой свежести. Да и со столиков исчезли маленькие вазочки с цветами. Кафе явно выглядело не ухоженно.