Книга Трактир попаданки "Волшебный кабачок", страница 22 – Натали Берд

— Вот это поворот! — промурлыкала, появляясь на пороге кухне, застывая в изумлении.

Серафим продолжал сладко спать, у раскаленной печи стоит Бор, обнаженный по пояс. Белоснежная рубаха перекинута через небольшой выступ над дверью.

— Привет! — поздоровалась, проходя внутрь комнаты.

— Присаживайся, — по-хозяйски развернувшись и окинув меня оценивающим взглядом, проговорил Борис, — сейчас меня будешь кабачками кормить. Насколько я понимаю, дом тебя признал. Кабачок был вкусный?

— Сейчас угощу! — метнулась на улицу, с трудом занося в дом корзину.

— С ума сошла, тяжести таскать? — У меня буквально вырвали тару из рук, мазнув по груди рукой — нечаянно или нет, кто его знает?

Я пошла следом, снова сравнивая ощущения, вспоминая, как оно было раньше, буквально два дня назад.

— Два — ноль, в пользу Бора. — Пробормотала, медленно возвращаясь на кухню.

— Что это значит? — наткнулась на вопрос Бориса, распределяющего снедь по небольшому шкафчику, от которого веяло холодом. — У меня слух отличный, так что многое слышу.

— Почему ты стал оборотнем? — Наблюдая за мужчиной, спросила, остановившись сзади него и залюбовавшись спиной, перевитой крест-накрест тугими мышцами. Очень красиво и завораживающе — три — ноль!

— Я не стал, таким родился. — Разворачиваясь всем телом ко мне, откинувшись спиной на дверцу холодильного шкафчика, проговорил Бор.

— А Серафим? — бросила тревожный взгляд на мальчика, раскинувшегося во сне и делая шаг назад.

— Пока не знаю, оборота еще не было. — хрипло ответил, отталкиваясь от опоры. Бор шагнул ко мне.

Он осторожно взял меня за плечи, повернул к первым лучам солнца, пробившимся в чистые окна, и заглянул в глаза, обдавая своим теплым дыханием.

— Здесь останешься или нет? Таверна по праву твоя, коли все прошла.

Меня тянуло к нему, но позволить себе этого не могла, еще свежи в памяти другие руки, сжимающие мои плечи и готовые смять в порошок, ничего от меня не оставить.

— Пока останусь, а там посмотрим, — ответила, сглотнув комок горечи, поднимая глаза на Бориса и начиная тонуть в его взгляде. Он медленно наклонил голову, неотрывно смотря на мои губы, которые начало покалывать от предстоящего поцелуя. Еще один удар сердца, и прикоснётся ко мне, но в окно ударилась пичуга, наваждение прошло, а Бор, нахмурившись, бросился вон из комнаты, оставив меня одну.

На печи шкварчала сковорода, с раскаленным в ней маслом, и я недолго думая, опустила ту холодные рулетики, чтобы их подогреть, а затем колбасу с яйцами, готовя завтрак уже для Агаты.

Вкусы мужчин мне были неведомы, оставалось надеяться, что моя стряпня придется им по душе.

— У тебя документы есть? — задал вопрос, возвращаясь Борис.

— А что? — пытаясь снять с огня тяжеленную сковороду, спросила мужчину.

— Погоди! — шаг, он за спиной, его руки потянулись к печи, обнимая одновременно меня с двух сторон. Одной снял с огня чугунную сковороду, второй притянув меня к себе так, сильно, что еще чуть-чуть и кости затрещат. — Ты почему тяжести сама постоянно таскаешь? Вроде и муж был, а толку!

В горле пересохло, на глаза навернулись слезы, от обиды на бывшего.

Попытавшись вывернуться из навязанных объятий, только еще сильнее в них увязла. Вздохнув глубоко, развернулась, положив ладони на обнаженную мускулистую грудь, поражаясь своей наглости.