Книга Трактир попаданки "Волшебный кабачок", страница 46 – Натали Берд

Я взглянула на него сквозь пелену от слез, уткнулась в его мощную грудь, комкая пальцами намокшую ткань рубахи.

— Что я наделала! Дочку будущего лишила! Как жить дальше? — Глухие рыдания сотрясали тело, а Бор молча стоял рядом, лишь сильнее и сильнее к себе прижимая, нежно поглаживая лопатки, не позволяя лишнего.

— Думаю, вы справитесь! — Проговорил спустя некоторое время, когда мои судорожные всхлипы стали утихать. — У вас там родня-то хоть была? Те, кто о вас горевать будет?

Я закрутила отрицательно головой: — Только сестра, но она точно справится. Сама мне постоянно твердила, чтобы я от Сергея сбежала. Наверное, подумает, что так и сделала. Даже искать не станет.

— Настолько тебя не любила? — Бор нежно взял меня за плечи, немного отстраняя от себя и заглядывая в глаза.

— Что ты! — Я даже плечи развернула сильнее, чтобы он не сомневался в том, что сейчас скажу. — Скорее, слишком сильно любила, а мужа дико ненавидела. Постоянно говорила, что он мне не пара. А когда Агата родилась, замолчала, — Я улыбнулась, вспоминая, какую бучу мне закатила Оксана, узнав о беременности.

— Не понимаю! — Хмыкнул Борис, усаживая меня на поваленное дерево в тени раскидистой березы.

— Сказала, что ребенок не виноват в ошибках родителей и не должен ничего видеть, по крайней мере, пока не подрастет. — Я начала шарить по карманам сарафана, пытаясь найти платок, а Бор молча, протянул свой — белоснежный, пахнущий ароматным лесным лугом. — Спасибо!

Лишь кивок в ответ.

— И ты терпела? — он снова сорвал тростинку, запихав ее в рот.

— Конечно! Считала, что любит. А то, что кричит — так устает сильно, вон, нас сколько, на нем повисло. — Рассказывала и понимала, какой дуррой была все это время. — Понимаешь теперь, почему я не хочу сейчас вступать в отношения? — Задрала голову, стараясь увидеть лицо Бориса.

А он просто наклонился ко мне совсем близко и выдохнул, коснувшись своими губами моих, всего на миг, и его хватило, чтобы перехватило дыхание, в груди все сжалось, а в спину словно толкнули, настойчиво так, будто заставляли на поцелуй ответить.

— Ты сумасшедшая? — спросил, а затем резко выпрямился, отворачиваясь, эмоции свои пряча.

— Наивная! Так правильнее. Верила ему! — Поднялась, отряхивая подол сарафана. — Идем за зайцем? Агата просто счастлива будет!

— Пойдём! — Борис повернулся, взял меня за руку, переплетя наши пальцы, и шагнул к оврагу, из которого не так давно вышли. — Ты только здесь постой. Я не хочу тебя терять, поняла? Какую бы ты здесь чушь ни говорила сейчас. Молчи! — Приказал, когда увидел, что воздух в легкие набираю, чтобы возмутиться.

— Хорошо! — покорно согласилась, внимательно наблюдая за тем, как мужчина подходит к нашим чемоданам, продолжавшим лежать в травяных зарослях.

Он шел медленно, перед каждым шагом, принюхиваясь, внимательно оглядывая окрестности. По его поведению было ясно, что опасность все еще существует. Осталось лишь понять какого рода она. А вот с этим я разобраться точно не могла. Здесь нужен был нюх хищника — волка.

Борис дошел до нашего багажа, остановился, затем схватил большую палку и рассек ею воздух. Вернее, должен был это сделать, но из его рук дубина исчезла, словно и не было ее.

— Ого! — Воскликнул он, а эхо раскидало по округе: — О-о-о-о!