Книга Ненужная жена. Хозяйка брошенного сада, страница 66 – Алиса Князева

Интересно, а манекены умеют копать? Можно поручить им эту работу? Дерево не устанет, как мышцы.

Солнечные лучи становятся ярче, и я чувствую, как тепло начинает пронизывать моё тело. Я потираю лоб, смахивая капли пота, которые начинают стекать по коже. В этот момент я осознаю, что труд на земле — это не просто работа. Это ритуал, связь с природой, с жизнью. Я чувствую себя частью чего-то большего.

Погружаясь в работу, я замечаю, как вокруг меня всё оживает. Птицы начинают петь громче, словно подбадривая меня. Хотя скорее всего они просто просыпаются окончательно. Я улыбаюсь им и продолжаю копать и рыхлить землю.

Наконец, я заканчиваю и смотрю на свою работу. Это заняло больше времени, чем предполагалось, но я всё равно довольна. Грядка выглядит готовой для посадки. Я собираю семена из мешочка — они мелкие и гладкие на ощупь. Аккуратно раскладываю их по подготовленной земле. Наверняка есть много правил для посадки растений, выходящих за рамки «выкопать ямку и присыпать землёй», но я их не знаю. Надо будет хоть у Рыжикса спросить...

Я накрываю семена тонким слоем земли, словно укутываю их в уютное одеяло. В этот момент меня охватывает чувство надежды и ожидания. Солнце уже высоко в небе, и я поднимаюсь на ноги, ощущая лёгкую усталость в руках и спине, но эта усталость приятная — она говорит мне о том, что я сделала что-то важное. Сейчас только полив организую.

Забрав с крыльца одно из ведёрок, иду к колодцу. Теперь совсем красивому, будто кто-то обновил старое дерево, немного отшлифовав его.

Я успеваю удивиться, затем открываю крышку и привязываю ведёрко к механизму. Спускаю, спокойно вращая ручку. Чувствую, как ведро зачерпывает воду, начинает подниматься, и вдруг вес пропадает. Я непонимающе хмурюсь, заглядываю внутрь, но вижу только верёвку, одиноко болтающуюся над кромкой воды.

— Рейнир, тебе особое предупреждение нужно?

— Отвали, — огрызаюсь я, проходя мимо Эридана и толкая дверь, ведущую в тронный зал.

Мерцающий свет солнца проникает через высокие витражные окна, окрашивая каменные стены в тёплые оттенки.

Рядом со мной тут же появляется два стражника, и это не считая Эридана, взгляд которого я чувствую спиной. Они будто уверены, что сегодня именно тот день, когда моя внутренняя буря прорвётся наружу. Их присутствие только усиливает раздражение, но я стараюсь подавить в себе этот гнев. Сегодня мне нужно быть особенно сдержанным.

Посреди зала стоит Лианор в свободной светлой одежде, и его присутствие напоминает мне о живом воплощении солнца. Величественный, благородный, окутанный аурой, которая рассеивает тьму в душе. И всё же, даже его свет меркнет перед теми новостями, которые я пришёл сообщить.

— Рейнир, — его голос мягок, как шёлк, и от одного его звучания внутри меня происходит неуловимый сдвиг. Гнев куда-то исчезает, утихает, как будто его и не было. — Ты уже вернулся? Выглядишь обеспокоенным. Тебе удалось узнать что-то о Вивиан?

Взгляд Эридана практически плавит кожу. Его присутствие всегда напоминает об ответственности, но одновременно и о скрытой угрозе. Если раньше я воспринимал это как своеобразное грубое проявление заботы, то теперь он меня откровенно бесит. Мы никогда не доверяли друг другу, и это недоверие многократно умножается тем страшным, что я собираюсь рассказать.