Книга Ненужная жена. Хозяйка яблоневого сада, страница 86 – Алиса Князева

Дорога в город впилась в память так, будто я прожила здесь всю жизнь. Каждая кочка и скрюченное дерево, каждая развалившаяся ферма уже почти родные.

Каждый раз этот путь был связан со страхом. Сначала — бегства. Потом — погони. Теперь — предчувствия. Оно скручивается в желудке холодным узлом и не отпускает.

Хло молча сидит у меня на коленях, его маленькое тельце напряжено. Он чувствует то же, что и я.

Лошадь бьёт копытами, словно тоже торопится навстречу чему-то неотвратимому. И вот, наконец стены столицы, но не те, что были вчера.

У ворот много людей в полных доспехах, вооружённые, как говорится, до зубов, но лица у всех растерянные. Крики, приказы, ржание коней. Над воротами — что-то новое, блестящее на солнце. Магические усиления? Чары?

Едва мы проносимся под аркой, раздаётся скрежет, грохот — массивные челюсти опускаются, а следом закрывают с громом и створки ворот, отрезая город от внешнего мира.

Нас заперли. Лиангард готовится к осаде.

Я выскакиваю из экипажа, не дожидаясь остановки, и бегу. Хло цепляется за плечо. Улицы, ещё недавно полные обычной суеты, теперь — река паники. Люди мечутся, кричат, сбивают друг друга с ног. Кто-то молится, воздевая руки к небу. Кто-то плачет, прижимая к груди детей. Запах страха здесь гуще смога.

И тут же, на фоне этого хаоса, карикатурно-нелепый пророк. Встал на ступеньки какого-то дома, в лохмотьях, с горящими глазами.

— Это кара! — вопит он, и его хриплый голос режет воздух. — Расплата за грехи ваши! За магию, что оскверняет естество! За порочных драконов, что возомнили себя богами! За похоть, алчность, гнев! Кайтесь! Пока не поздно! Иначе тьма поглотит всех!

Обычно религия успокаивает, даёт надежду, структурирует страх, а этот… будто подливает масла в огонь. Как Сия. Может он тоже работает на тех, кому выгоден хаос? Кому нужно, чтобы люди боялись больше, чем думали?

Задыхаясь, я добегаю до замка. Ворота открыты, но перед ними — баррикады из телег и мебели. Солдаты бегают туда-сюда, но в их беге нет слаженности. Они будто потеряли некий общий ритм и теперь сбиваются.

Им сказали «защищать», но не сказали, от чего конкретно и как. Они выполняют приказы, как автоматы, глаза пустые.

Я проскальзываю мимо, ожидая окрика, задержания. Но… ничего?

Лидеров нет. Все ларианы, все военачальники — или на передовой, или где-то там, в кабинетах, пытаются изобрести оборону добра и палок, как говорится.

И тут я вижу его. У подножия лестницы, ведущей, как я полагаю, в какие-то дополнительные помещения замка стоит Арвен. Он смотрит в небо, залитое неестественно жёлтым, тревожным светом. Запястья перевязаны грубыми бинтами. На моём лице, должно быть, написано всё.

Он оборачивается, так будто давно ждёт здесь именно меня. На его лице — странное, умиротворённое выражение.

— Элиана. Или правильнее будет сказать Александра. Я знал, что ты придёшь. — Его голос мягок, почти ласков. — Идём.

Ну, после признания Сии я уже не удивлена, что он в курсе. Похоже, просто притворялся, что не понимает, кто я.

— Что с твоими руками? — выдавливаю я, не двигаясь с места. — И где Тарос?

Арвен смотрит на свои бинты, потом снова на меня.

— Внутри. Я всё расскажу. Всё покажу. Идём. Это… последний акт. После ничего уже не будет.

Он протягивает здоровую руку, будто приглашая. Я игнорирую его жест, но делаю шаг вперёд. Другого пути нет.