Книга Ненужная жена. Хозяйка сада пустоцветов, страница 38 – Алиса Князева

Он снова кивает, встаёт со скамейки, всё ещё немного нетвёрдо держась на ногах — то ли от страха, то ли от выпитого.

— Спасибо вам, госпожа Илория, — говорит он с искренней благодарностью. — Вы… спасли мне жизнь сегодня.

Чувство вины снова колет меня, но я отгоняю его.

Всё, что я делаю — ради свободы. Моей и ребёнка.

— Будьте осторожны, Торен, — говорю я напоследок. — И помните — ни слова о тёмных.

Он прижимает палец к губам, показывая, что понял, затем разворачивается и быстрым шагом уходит в ночь, крепко сжимая в руке мой цветок.

Я смотрю ему вслед, чувствуя странную смесь эмоций — вину, надежду, страх, решимость. То, что я сделала, нельзя назвать правильным.

Я солгала, я использовала чужой страх, я манипулировала.

Но разве Драксен не делает то же самое со мной? Не манипулирует моими эмоциями, не лжёт, утверждая, что делает всё это «для моего же блага»?

Вот только я понятия не имела, что он решится остаться здесь, чтобы ещё больше усложнить мне жизнь. И, разумеется, он догадается о том, что «тёмный» появился здесь не просто так.

Солнце едва поднялось над горизонтом, а я уже на ногах. Сон был беспокойным, прерывистым, полным странных сновидений, от которых осталось лишь смутное ощущение тревоги. Встаю с жёсткой кровати, морщась. Проклятый матрас словно набит камнями, а не соломой, так что выспаться не получилось. Ещё одно напоминание о том, насколько я не на своём месте в этой забытой богами деревушке.

Подхожу к умывальнику, плескаю холодной водой на лицо. В маленьком треснувшем зеркале отражаюсь я, выразительные черты искажены гримасой недовольства, в глазах тлеют угли плохо сдерживаемой ярости. День только начался, а я уже чувствую, как гнев поднимается изнутри, требуя выхода.

Одеваюсь медленно, тщательно, несмотря на убогость обстановки. Тёмно-синий камзол с серебряной вышивкой, белоснежная рубашка, брюки из тонкой шерсти, сапоги из мягкой кожи.

Пусть смотрят и видят разницу между мной и собой.

Выхожу на улицу. Утро свежее, прохладное, воздух пахнет влажной землёй и дымом от печей. Деревня постепенно просыпается — кто-то уже тащит воду из колодца, кто-то выгоняет скотину на пастбище, женщины выметают мусор с порогов. При виде меня все замирают, как кролики перед волком. Взгляды опускаются, разговоры стихают, люди отступают, освобождая дорогу.

Боятся меня. Правильно делают.

Я не дракон сейчас — внешне, по крайней мере. Вряд ли многие из них знают королевского лариана в лицо, но что-то в моей походке и взгляде выдаёт истинную природу. Они чувствуют это на инстинктивном уровне, как животные чувствуют приближение хищника. Это… удовлетворяет.

Желудок напоминает о себе голодным урчанием. Мне нужен завтрак — и не та дрянь, которую подают в местной таверне. Вчера я едва притронулся к ужину, настолько он был отвратителен. Сегодня я намерен найти место получше, если такое вообще существует в этой дыре.

Иду по главной улице, внимательно осматривая вывески. Большинство домов — простые крестьянские хижины, но попадаются и заведения посолиднее. Вот пекарня — из открытых дверей доносится аромат свежего хлеба. Мясная лавка, портняжная мастерская, сапожник… Ага, вот что-то похожее на приличную харчевню. «Серебряный кубок» — гласит вывеска с изображением, отдалённо напоминающим то, что написано.