Книга Ненужная жена. Хозяйка кошачьего приюта, страница 12 – Алиса Князева

Я замираю. Значит, он знает и об этом. Знает о полуразрушенном поместье, о невыполнимых условиях, о ловушке, в которую меня загоняют.

— Ты действительно готов просто привезти свою мать… туда? — мой голос дрожит, но я не могу сдержаться. — В руины, окружённые землями твоего отца? В полную зависимость от его милости?

Лейтор слегка хмурится, и я замечаю, как между его бровями появляется знакомая морщинка — точь-в-точь как у Кайндара, когда тот недоволен.

— Поместье требует реставрации, но это достойное место. Отец уже договорился с лучшими архитекторами королевства. Они начнут работу, как только ты вступишь в права наследования.

Меня пронзает ледяное осознание. Вот оно. Доказательство. Не совпадение, не случайность. Тщательно спланированный заговор.

— Он всё это подстроил, — шепчу я, отступая ещё на шаг. — А ты… знал. Всё это время ты знал и был на его стороне.

— Здесь нет сторон, мама, — так же спокойно и холодно заявляет Лейтор. — Есть только забота о твоём будущем.

— Моё будущее? — горький смех вырывается из моей груди. — Моё будущее было здесь, с ним! Семьдесят лет я верила, что наша связь истинной пары нерушима. Это ничего не значит для него? Для тебя? Вы оба просто… отбрасываете меня, как ненужную вещь?

В глазах Лейтора на мгновение мелькает что-то похожее на сомнение, но оно тут же исчезает.

— Всё не так, мама. Есть причины…

— Какие причины могут оправдать такое предательство? — я чувствую, как внутри меня разгорается ярость. — Какие причины стоят семидесяти лет любви и верности?

Лейтор молчит, и в этом молчании я вижу окончательный приговор.

Он никогда не был на моей стороне. Он — плоть от плоти своего отца, и его преданность всегда будет принадлежать ему.

Я оглядываюсь вокруг, на сад, который выращивала собственными руками, на замок, который считала своим, на сына, которого растила с любовью. Всё это теперь чужое. Враждебное. Я здесь больше не принадлежу.

И внезапно, среди всего этого отчаяния, я чувствую, как во мне поднимается что-то новое. Что-то, чего я не испытывала уже очень давно. Решимость.

— Хорошо, — говорю я, выпрямляясь и глядя сыну прямо в глаза. — Я принимаю это наследство. Я уеду в поместье Серайз, но ваши архитекторы к нему и на выстрел стрелы не подойдут.

В глазах Лейтора мелькает удивление. Он ожидал слёз, мольбы, возможно, истерики. Но не этого холодного спокойствия.

— Мама…

— Нет, — я поднимаю руку, останавливая его. — Ты сделал свой выбор. Теперь я делаю свой. А теперь идём. У меня мало времени на сборы.

Я разворачиваюсь и направляюсь к замку, оставляя сына стоять в одиночестве посреди сада. Каждый шаг даётся мне с трудом, но я не позволю себе споткнуться. Не сейчас.

Внутри меня разгорается пламя, которое я давно считала потухшим. Пламя гнева, решимости и, странно сказать, надежды. Потому что теперь я точно знаю — Кайндар всё спланировал. И если он потратил столько сил на этот план, значит, за ним стоит что-то большее, чем простое желание избавиться от «надоевшей» жёны.

И я достаточно зла, чтобы не выяснять, что именно.

Я врываюсь в спальню, хлопнув дверью так, что маленькая фарфоровая статуэтка дракона — подарок Кайндара на нашу тридцатую годовщину — вздрагивает на комоде. Часть меня желает, чтобы она упала и разбилась. Это было бы справедливо — ещё одна красивая ложь, разлетающаяся на осколки.