Книга Ключевое звено Академии Драконов, страница 76 – Оксана Гринберга

Я кивнула, решаясь. Затем снова притронулась к цветку.

— Эта история, – сказала я Эрвину, – началась еще в Академии Неринга где-то четверть века назад. Тогда там учились пятеро… Твой отец, мой отец, отец Роэна и еще один парень, ставший потом неплохим артефактором. И моя мать. Кстати, ее звали Глэдис, а фамилию я не знаю. – Пока еще не знаю. – Зато я в курсе, что твой отец одно время был в нее влюблен, хотя вышла она замуж за моего. Но эта история вовсе не об обиженном на женщину мужчине. О нет, Эрвин, все было куда хуже и намного страшнее!

А потом спросила, уверен ли он, что хочет ее услышать.

Возможно, после этого его мир больше не будет прежним. Хотя если он упрям и твердолоб, а также обладает избирательным слухом, а заодно умеет договариваться со своей совестью…

— Слишком много разговоров! – отрезал Эрвин. – Рассказывай, я жду. Но знай – позже я проверю каждое твое слово, потому что не склонен доверять…

— Какой-то человечке из Аллирии, – закончила я, на что младший Сорген заявил, чтобы я перестала валять дурака.

Он знает, что я – дракон, но не понимает, почему сейчас чувствует от меня одни лишь вибрации чужеродной Людской магии.

— А вот это самое интересное, – улыбнулась я. – Итак, мы снова отправляемся в прошлое. У нас имеется четверка Андреаса Соргена в их студенческие времена – яркие, умные и жаждущие разрешить загадки бытия, а заодно найти лечение от Пепельной Хвори, которая появилась словно из ниоткуда. Поговаривали, что ее принесли то ли из-за Грани, то ли из самой Грани, но уже было известно, что для драконов болезнь смертельна, а людям она не страшна. И вот тогда-то твой отец…

— Я знаю, что он давно занимался опытами, еще со студенческих времен. Делал это сам, потому что остальные из четверки его не поддержали. Заявили, что их это не интересует.

— Остальные из его четверки, возможно, только за исключением Седрика Росса, – того артефактора, которого убили самым последним, – решили, что эксперименты Соргена слишком опасны и противны драконьей природе. Видишь ли, твой отец пытался сделать из дракона человека, полагая, что таким образом можно уберечься от Пепельной Хвори. Он хотел пробудить две магии одновременно. Как сейчас во мне.

И снова улыбнулась. Затем сообщила, что да, перед ним – жертва эксперимента, причем удавшегося.

Потому что до этого было еще шесть.

Неудачных.

— О чем ты говоришь? – нахмурился он.

— О трупах, Эрвин, о чем же еще? Твой отец тайно проводил свои эксперименты на девушках. Первыми его жертвами стали девицы с улицы, но с ними ничего не вышло. Ему нужна была сильная и яркая Драконья магия, поэтому он перешел на первокурсниц из Академии Неринга, которым заморачивал головы своими теориями. Обещал, что они непременно станут спасительницами ТалМирена, потому что из их крови получится вакцина. А затем, когда ничего не выходило, он их прикапывал… Не смотри на меня так! У меня есть документы, подтверждающие каждое мое слово.

— Ты врешь, – отозвался Эрвин. – Возможно, мой отец – манипулятор, каких еще поискать. Возможно, он мошенничает с деньгами, но чтобы убийства…

— Так слушай же дальше, – заявила ему, – потому что мы переходим к самому интересному. Да, к моей маме. Похоже, последней… Последней, о ком есть записи в дневниках моего отца. Я о ней уже упоминала – ее звали Глэдис, и она была влюблена в твоего отца. Вернее, он сумел задурить ей голову, но почему-то и сам решил довериться. Принялся рассказывать, как сложно проходят его эксперименты, но он уже стоит на грани прорыва. Так что если она не умрет…