Книга Пышка для Дракона: Отпустите меня, Генерал!, страница 16 – Алекса Рид

— Бруно, — сказал я. — Есть одна мушка, которая мне досаждает. Нужно её… спугнуть. Аккуратно. — Я протянул ему газетный листок с заметкой.

— Узнай всё о ней на новом месте. О её прошлом, конечно, молчок. Но если можно подкинуть что-то… ну, ты понял. Несколько анонимных писем генералу о её «тёмном» прошлом. Слухи среди его подчинённых. Чтобы у него закрались сомнения. Чтобы он сам захотел от неё избавиться.

Бруно кивнул, не задавая лишних вопросов. Идеальный инструмент.

— Будет сделано, синьор.

— И, Бруно, — остановил я его на выходе. — Чтобы она не знала, откуда ветер дует. Пусть думает, что сама во всём виновата. Как всегда.

Он вышел. Я снова взял в руки печать. Скоро, моя дорогая Элиза, ты узнаешь, что от меня не так просто уйти. Ты вернёшься туда, где тебе и место — в грязь и безвестность. Или пожалеешь, что вообще родилась.

Работа в тот день с самого утра напоминала осаду крепости. Рихард обрушил на нас шквал дел, связанных с подготовкой к зимнему смотру войск и предстоящим Праздником Зимы — важнейшему событию в календаре, когда подводились итоги года и армия должна была предстать перед императором в идеальном порядке. Ах, да, ну и люди празднуют.

В приёмной стоял стук пишущих машинок (редкая роскошь, которой Вальтер разжился), шелест бумаги и нервное пощёлкивание чётками Фриды. Он метался между кабинетом и нашим помещением, роняя короткие, как выстрелы, поручения:

— Фрида, сводные ведомости по довольствию всех гарнизонов округа, к полудню!

— Элиза, все приказы по зимним учениям за последние пять лет, выписки, статистика по травматизму! И перепишите этот бред от полковника Йорка.

Мы работали, не разгибаясь. Я чувствовала, как от постоянного напряжения начинает ныть спина, а пальцы привыкают к форме пишущей машинки. Но был и странный кайф — в этом безумии не оставалось времени на панику.

Фрида к полудню начала потихоньку ворчать, посапывая и потирая поясницу.

— Ох, косточки мои… Давно такого аврала не было. Он нас сегодня в гроб вгонит, старый дракон.

В этот момент дверь распахнулась, и в приёмную вошёл «старый дракон» с очередной папкой. Он услышал последнюю фразу.

— «Старый дракон» ещё на три головы вас переживёт, Фрида, — парировал он беззлобно. — И если к шести вечера мы управимся с основным списком, с меня эль. В «Медном когте». Для всех.

Эффект был мгновенным и магическим. Усталость как рукой сняло с лица Фриды, её глаза загорелись азартом.

— Эль говоришь? Да ты, Рихард, сегодня ангел во плоти, а не дракон! Ну что за дракон? Лучший босс! — Она тут же с новыми силами набросилась на бумаги, бормоча: — Эль, эль-ель-ель… Работать, Элиза, работать! Наш генерал щедростью взбесился, нельзя упускать!

Я не могла сдержать улыбки. Превращение суровой Фриды в азартного ребенка, соблазнённого кружкой пива, было забавным и трогательным. Да и сама перспектива не просто уползти в свою каморку, а куда-то выйти, да ещё в компании, после такого дня казалась нереальной наградой.

Мы работали как заведённые. Рихард не выходил из кабинета, только изредка появлялся, чтобы забрать готовое. В воздухе висел своего рода спортивный азарт, молчаливое соревнование с дедлайном, где приз — немного человеческого тепла.

И мы успели. Без пяти шесть последний документ легла в папку «Исполнено». Я выпрямилась, чувствуя приятную, творческую усталость во всём теле. Фрида издала победный клич и повалилась на стул.