Книга Напрасная игра, страница 31 – Артур Каджар

Он решил обдумать эту резонную мысль и, зевнув, достал сигарету из пачки. Вездесущий официант тут же материализовался справа от него и чиркнул зажигалкой, за что получил чаевые и так же незаметно исчез, вместо него снова появилась Мерилин и села рядом.

— Как дела? За полчаса ни одной ставки? — удивилась она, посмотрев на количество фишек перед ним.

Он близоруко посмотрел на нее и улыбнулся:

— А ты знаешь эту историю? В 1873 году Джозеф Джаггер сорвал банк в Монте-Карло, обнаружив и рассчитав, что ось рулетки смещена, а потому некоторые числа выпадают чаще других.

— Такой твой план? Слушай, может, хватит на сегодня?

— Не, мне надо, — голос прозвучал откуда-то издалека, он протянул ей три фишки по тысяче, — нужна твоя помощь. Когда хлопну ладонью по столу, кидай их сразу и скажи «тиер», ок?

— Я тебя не слышу, — Мерилин подвинулась так близко, что он почувствовал дурманящий запах духов. Габриэль повторил, она несогласно мотнула головой, достала из своей сумочки стопку банкнот и придвинула ее к его фишкам.

— Возьми это и не играй больше. Пойдем.

Габриэль отодвинул пачку обратно к ней.

— Не надо, это твои, — язык не совсем ему подчинялся. — Спасибо, но этого мне все равно мало.

Она решительным жестом подвинула деньги:

— Тогда играй! Если не хватит, я сниму еще с карточки. Допивай кофе, я закажу еще.

Габриэль всем корпусом повернулся налево, к колесу, оно крутилось так медленно, что казалось, время замирает. Он чуть было не уснул, наблюдая за шариком, но вовремя собрался с силами, чтобы хлопнуть отяжелевшей рукой по бархатному столу. Он даже не повернул голову, чтобы посмотреть, успела ли Мерилин поставить, и лишь наблюдал словно на замедленной съемке, как шарик мягко и надежно ложится в номер 13. Габриэль заставил себя оторваться от колеса и повернуть голову — все было в порядке, крупье был занят тем, что собирал для него выигрыш.

Следующие два раза он поставил наобум и не угадал, затем долго ждал и выиграл. Потом начались провалы в восприятии, несколько раз он обнаруживал, что сидит с закрытыми глазами, и с трудом заставлял себя смотреть за колесом, чтобы в нужный момент ударить рукой по столу. Вращающееся огромное красно-черное колесо овладевало сознанием и лишало воли. Габриэль не помнил, сколько времени это продолжалось, до того момента, когда раздался голос: «Ставок больше нет. Игра окончена». Он был очень благодарен тому, кто это сказал, избавившему его от необходимости открывать глаза, чтобы окончательно провалиться в блаженную черную пустоту.

Он брел босиком по ручью, вверх по течению, дно было песчаным и отражало солнечные блики, похожие на расплывчатые числа. Он мучительно всматривался в эти числа и никак не мог разглядеть, потом лег в прохладный поток. Струи омывали его целиком, вода была повсюду, и он лежал, погрузив в ручей голову и никак не мог напиться. Габриэль открыл глаза и сощурился на солнце за полупрозрачной оранжевой шторой. Потом приподнялся и сел в постели. В голове тут же зашумело, в висках застучало. Почувствовав, что губы ссохлись от жажды, он пошарил и рядом на прикроватной тумбе обнаружил бутылку с минеральной водой, бумажник, телефон и очки. Жадно припав к бутылке, Габриэль осушил ее, потом надел очки и огляделся.

Окружающий мир стал постепенно, с неохотой приходить в порядок. В большом номере было очень тихо, не считая звуков воды, доносящихся, судя по всему, из ванной комнаты. Слева во всю стену были зашторенные окна, справа — высокий шкаф-купе из стекла, перед кроватью стоящие полукругом бежевые пуфики окружали камин современного типа, уходящий толстой никелированной трубой в отверстие на потолке. Одежда его была аккуратно сложена на стуле.