Книга Напрасная игра, страница 43 – Артур Каджар

Габриэль приблизил ракурс обзорной камеры, чтобы игровая часть стола Закара просматривалась как можно лучше. Эта камера была расположена на потолке в центре зала. Еще одна камера висела между столами Закара и Камо, поочередно записывая их. Ею управляли Ани и сотрудники.

Габриэль дал указание Ани, чтобы ребята повнимательнее смотрели за столом Закара и записывали его игру, а также не трогали обзорную камеру. Шла медленная, ничем не примечательная игра. Закар маленькими глотками попивал коньяк и ставил по пятьсот на один или два бокса, не увеличивая и не уменьшая ставки, принимая решения брать или не брать карту по классической схеме блек-джека, то есть ориентируясь на карту крупье. Если крупье вытаскивал себе «плохую» карту, например шестерку, Закар удваивал ставку, где это возможно, и не брал дополнительные карты, имея на руках 12 и более очков, рассчитывая, что крупье сам прогорит, то есть наберет себе больше, чем 21 очко. Такая нерискованная игра не могла привести к каким-либо значимым выигрышам или проигрышам.

Закар короткими движениями руки молча регулировал игру, постукивая по сукну перед соответствующим боксом со ставкой, что означало «еще карту». Либо, закончив себе набор, взмахом широкой ладони в сторону крупье показывал, чтобы тот набирал себе.

«На что он рассчитывает?» — гадал Габриэль, напряженно вглядываясь в монитор и автоматически в уме предугадывая все движения Закара.

По косвенным признакам он убедился, что Закар даже карты не считает, то есть не шевелит губами, как это делают неопытные начинающие счетчики карт, и, самое главное, часто отвлекается и отводит от стола взгляд, то есть не следит за всеми картами, которые крупье достает из шуза, то есть не ведет никакого счета.

Габриэль побарабанил пальцами по столу. Как всегда в таких нервных ситуациях, глаза стало сильнее жечь, как будто в них насыпали горячего песка. Он поморгал и закрыл веки.

Если бы Закар считал карты, то беспокоиться было бы не о чем, так как с новыми правилами блек-джека подсчет карт мог дать игроку совсем ничтожное преимущество. Раньше в игре участвовали почти все карты, а не половина, как сейчас. Этим начали массово пользоваться, пока казино во всем мире не поменяли это упущение. Игроки, держа в уме сумму выходящих из шуза карт (крупные карты как плюс один, мелкие как минус один), ближе к концу шуза знали, что в нем осталось много крупных карт, и увеличивали свои ставки до максимума, так как у крупье повышалась вероятность перебора. А на что сейчас рассчитывает Закар, каким образом намерен воплотить «я собираюсь вернуть у твоего казино мои два миллиона»?

Прокручивая в уме эти мысли, Габриэль даже неосознанно пожал плечами и открыл глаза. Значит, что-то должно произойти. И, как бы в подтверждение этой мысли, Закар вдруг перестал играть и повернул голову влево в сторону Камо, сидящего за соседним столом. Габриэль взялся за рукоятку пульта и приблизил профиль Закара. В следующее мгновение тот сгреб со стола все свои фишки и вперевалочку, но легко ступая, пошел за соседний стол и уселся рядом с Камо. Габриэль заметил, что девушка-крупье за этим столом шевелит губами, и прибавил звук в наушниках. «Максимум тридцать тысяч на один бокс», — говорила она.

— Девочка, а позови-ка нам начальство, нам нужно побольше ставки делать.