Онлайн книга «Домой приведет тебя дьявол»
|
Я всего несколько дней как выполнил последний заказ, когда Брайан позвонил мне. Я думал, он вручит мне еще одну фотографию, даст новый адрес, другой пистолет и еще один конверт с бабками. Но заказ был иного рода. Он сказал мне, чтобы я пришел в этот бар и ждал его. Он не мог вдаваться в подробности по телефону. — Это другая работенка, – сказал он мне, и эта работенка должна была принести нам кучу денег. – Я хочу на покой, амиго. Хватит всякой этой дури, хватит бегать посреди ночи со сраными пистолетами, как таракан гребаный. В ожидании Брайана я достал телефон и проверил страничку Мелисы в социальных сетях. Я знал ее, знал, какая она замкнутая, а потому понимал, что ничего постить так скоро она не будет. Титульная страничка ее профиля была на месте вместе с фотографией нас троих в далеком, бесконечно более счастливом прошлом. Оркестр на крохотной сценке играл Рика Джеймса, а я просматривал фотографии Мелисы и вспоминал, когда мы встретились – две скучающие личности на поэтических чтениях, где читатели декламировали стихи со страстью усталых бабушек и дедушек, наглотавшихся хлороформа. Белые вокруг меня пытались делать вид, что не чувствуют палку, вставленную им в зад[35], но в моей голове мы с Мелисой ели сэндвичи и разговаривали о фильмах, влюблялись, учились вместе в школе, научались выносить бедность с любовью и равнодушием. Брайан явно проворачивал какое-то крупное дело, и потому я отправился в туалет. Если он появится – ничего, подождет меня. Pendejo[36]. Я вошел в туалет и увидел чернокожего парня у прилавка. Кожа у него была такая черная, что, казалось, забирала в себя свет от лампочки в потолке. Его синяя футболка и странная шапочка говорили, что он из какой-то африканской дыры или по меньшей мере делает вид, что он оттуда. Он улыбнулся мне, улыбка – сплошные зубы. Дрожь прошла по моему позвоночнику. Он показался мне знакомым. Он, казалось мне, заявился с плохими новостями. Я постарался игнорировать это чувство и прошел к писсуару. Когда я закончил и повернулся, он стоял всего футов в двух от меня. Его зубастая улыбка все еще оставалась приклеенной к его лицу. Белки его глаз имели темно-желтый цвет, словно были изготовлены из желтка с кровью. В руке он держал серебряный поднос с какими-то продуктами на нем. Он протянул руки с подносом ко мне. — Полотенце не требуется, оре? Конфет? Дезодорант? Он говорил хриплым голосом с акцентом, этаким влажным, рокочущим акцентом из фильма ужасов. Моя кожа засияла потом. Я сунул руку в карман, вытащил несколько помятых долларов, положил на поднос и сказал ему, чтобы отваливал. — Да, сэр. Маленький совет в виде благодарности: будь осторожней, оре. Оре. Я думал, что ослышался в первый раз, но он повторил это слово. «Оре» на языке йоруба[37] означает «друг». Когда я с матерью жил в худшем из множества трейлер-парков в Хьюстоне, у нас был сосед, который называл меня оре. Он был человеком, чье прошлое не давало ему покоя, у него было много любви для его богов и много ненависти для всех остальных. Он был пуэрториканцем, но ни с моей матерью и ни с кем другим почти не разговаривал, отчего они нервничали. Но я знал, что он порядочный человек. Он слышал, как я говорю по-испански, а когда я сказал ему, что мы переехали в Штаты из Пуэрто-Рико, он рассказал мне о том, как испанцы украли у нигерийцев их землю, а их самих перевезли на этот остров. Он сказал, что их ярость все еще живет в наших венах, что мы смесь злой крови конкистадоров, индейцев таино[38] и африканских рабов. Потом он рассказал мне, как его предки одевали своих богов в облачение богов испанских и наполняли вены пуэрториканцев частичкой своей древней крови. Я знал, что он хороший человек, потому что он оставлял молоко и консервы с тунцом перед дверью своего трейлера для армии бездомных котов, которые бродили по парку. Копы нашли его обнаженное тело, согнутое неестественным образом и засунутое в маленькую душевую кабину его трейлера. Полицейские пришли, потому что кто-то пожаловался на запах. Тот, кто его убил, забрал его глаза в качестве сувениров. |