Книга Лимб, страница 14 – Лора Кейли

— Так весь город об этом и говорит!

— Первый раз слышу.

— Мы же поверили в ваш подпрыгнувший дом.

— Его будто толкали из-под земли!

— Это совсем нереально.

— А пропавший мост – это реально?

— Но он же пропал!

Очередь Кристин подходила, а разговоры все не стихали. Ей казалось, она сама уже верит и в исчезнувший мост, и в высотное здание, вырванное из земли.

— Его будто толкали снизу, будто толкали…

— Я тоже такое слышал.

— Да не может этого быть!

Женщина за стойкой регистрации смотрела на Кристин уставшим взглядом.

— Меня зовут Кристин Бейли. Я живу по адресу…

— Здесь больница, а не регистрационная палата, мадам, не задерживайте очередь.

— Мой сын пропал после обрушения дома. Мне сказали, все скорые едут сюда.

— Имя.

— Адам Бейли.

Она быстро вбила что-то в компьютер, потом щелкнула мышкой, стерла и вбила опять.

— У нас таких нет, – сказала она. – Какой возраст ребенка?

— Четырнадцать лет.

— Здесь привозили двоих ребят. Линь! – она крикнула медсестре. – Ты не помнишь, откуда привезли двух подростков?

Та только пожала плечами.

— Спросите доктора Фишера. Мистер Фишер! – крикнула медсестра. – К вам женщина.

Доктор жестом пригласил Кристин войти. Поймав на себе недовольные взгляды толпы, она стала протискиваться через вторую очередь, что скопилась у другого окна регистрации, потом еще через одну, и еще, пока, наконец, не оказалась перед высоким доктором в тонких очках.

— Мне сказали, к вам привезли двух подростков.

— О, миссис Стоун, – улыбнулся доктор. – Ваш сын как раз пришел в себя.

— Нет, меня зовут миссис Бейли, Кристин Бейли. Мне сказали, вам привезли двух подростков…

— Значит, вы не миссис Стоун? – переспросил доктор.

— Нет, – зачем-то улыбнулась она. – А фамилия второго неизвестна?

— К сожалению, нет, – сказал доктор. – Пройдемте со мной.

— Значит, это может быть мой сын? – обрадовалась Кристин.

— Для начала нужно взглянуть на ребенка.

— Конечно-конечно, – согласилась она.

Доктор провел ее по коридору и открыл дальнюю дверь. Все время, пока они шли, доктор почему-то молчал.

— А с ним все хорошо? – спросила Кристин, не понимая, почему не задала этот вопрос раньше.

Доктор посмотрел на нее, потом на мерцавшую на потолке лампу, а после снова на побледневшую мать.

— Второй мальчик в морге, миссис Бейли, мы ничего о нем не знаем.

Ноги Кристин подкосились, врач еле успел ее подхватить.

— Сестра! – крикнул он.

Но прежде чем по коридору застучали каблуки медсестры, Кристин пришла в себя и уже стояла на своих дрожащих ногах. Вернее, почти стояла – врач придерживал ее за локоть.

— Слишком много происшествий за последние сутки, – говорил он, ведя ее по коридору. – В молодости я был врачом в Ираке, но даже там не было такого наплыва за день. Вы бы знали, сколько сейчас поступает помешанных, – продолжал доктор, будто это могло ее успокоить. – Одни не могут найти свой дом, другие – мужей, третьи уверены, что улица, на которой они долгие годы жили, совсем не та и дом совершенно не тот. За последние пару часов уже пятерым выписали успокоительное. Сумасшествие, знаете ли, заразно, таких людей желательно ограждать от остальных. А их везут к нам. Куда мы их денем? У нас не психиатрическая больница.

Кристин шла по длинному коридору, ей бы хотелось, чтобы этот доктор замолчал, но, похоже, он говорил все это специально, чтобы хоть как-то ее отвлечь. Но разве от ужаса можно отвлечь? Когда он заползает под кожу, ты сама срастаешься с ним, ты становишься этим кошмаром.