Книга Лимб, страница 84 – Лора Кейли

Будь он прежним собой, каким был еще неделю назад, расчетливым и спокойным, он бы просто так не уехал, он бы отыскал машину своего близнеца – она ведь была копией его полицейского «Форда», и куртка была такой же, и даже жетон… Значит, в той, другой жизни он пошел по тому же пути? Если бы Фрэнсис был прежним собой, то обыскал бы уже машину, нашел бы его документы, сравнил со своими… Но сейчас весь этот кошмар, маячащий перед глазами, проник и в него самого, теперь он тоже стал его частью, и это ужасно пугало.

— Кто они все? Откуда? Почему среди нас? – вдруг спросил он.

— Откуда я знаю? – Рон только пожал плечами, пристегивая ремень.

А Фрэнсис и не спрашивал друга, он спрашивал сам себя.

— Ты знаешь, что под этими зданиями, – вдруг сказал Рон, – нашли другие, похожие. Они будто вылезли из-под земли и вытолкнули те, что стояли. Ты можешь себе представить? Одно радует – с того самого дня больше ничего не случилось, – продолжал он тараторить. – Я имею в виду, нет новых разрушений. Вроде все устаканилось, а? Хотя тут, говорят, появилась гора, и кто его знает, когда она появилась – может, в тот же день. Как ты думаешь, Фрэнк?

Фрэнсис только молчал.

— Слушай, а что там произошло? В этом гостиничном номере? Как ты его поймал?

— Этот Берти меня заманил, оставил наживку в виде записки, стал выслеживать, чтобы убить, а наткнулся на второго меня… На другого меня, – он никак не мог подобрать верного слова, и это его раздражало.

— На Фрэнка–2, – попытался помочь другу Рон.

— На близнеца. – Фрэнсис вспомнил то самое слово, что ему подкинула консьержка. – В общем, Берти пытался убить близнеца, знал, что он, то есть я, не оставлю так это дело, но я ему помешал.

— Это ты в него стрелял?

— Нет, второй Фрэнсис, он-то меня и спас, перед тем как… перед тем как скончался.

— Значит, Берти оставил наживку.

— Я сначала подумал, что записку писала его жена…

Фрэнсис ударил по тормозам, машины, что мчались сзади, сдали в сторону и промчались, нещадно их матеря.

— Эй-эй, осторожней! – крикнул Рон. – Если ты нас угробишь…

— Его жена! – вспомнил Фрэнсис. – Я же о ней забыл! Ее надо найти!

— Найдем, не волнуйся, я сообщу нашим. К тому же, если она мертва, торопиться нам точно некуда, а если жива, то ей уже ничего не угрожает, он же мертв.

Фрэнсис выдохнул и встроился в тот же поток. Мимо них проносились огни, дома, стоящие ровно, – их не коснулся кошмар, их не разрушил никто. Фрэнсис думал о близнеце, о том втором Фрэнке, кто так же жил свою жизнь, кто, может, был так же несчастен, как он.

— Что ты собираешься делать с этой папкой? – прервал Рон молчание друга. Ему никак не хотелось врезаться в фонарный столб или слететь с моста, а такое затяжное молчание не говорит ни о чем хорошем.

— Посмотрю, кого ты нашел, – ответил, помедлив, Фрэнсис. – Сколько их там?

— Уже больше сотни. Ты собрался объездить их всех?

— На это нет времени.

— Слава богу. Слушай, суицидников меньше не стало.

— Если людям не объяснить, что происходит, их станет гораздо больше.

— А ты можешь это объяснить?

— Пока нет, – вздохнул Фрэнсис Бейли, – пока не могу.

Кошмар, лишенный неизвестности, перестает быть кошмаром. Человек не боится темноты, он боится того, что в ней. Включи свет, и все обретет прежние очертания. «Нужен свет, – думал Фрэнсис, – внятное объяснение».