Книга Внезапная смерть, страница 1 – Дэвид Розенфелт

(Энди Карпентер - 4)

Эта книга - художественное произведение. Имена, персонажи, места и инциденты являются продуктом авторского воображения или используются фиктивно. Любое сходство с реальными событиями, местами или людьми, живыми или мертвыми, является совпадением.

За Роберта Гринвальда,

Необыкновенный талант, друг,

лицо и гражданин

Благодарности

Хорошо... хорошо... так что я сделал это не один. Суть в том, что я мог бы... я просто решил не делать этого. Итак, неохотное спасибо тем, кто, возможно, оказал некоторую небольшую, ненужную, почти незаметную помощь.

Робин Ру и Сэнди Вайнберг, агенты на всю жизнь.

Джейми Рааб, Лес Покелл, Кристен Вебер, Сьюзан Ричман, Марта Отис, Бет де Гусман, Боб Кастильо и все остальные в Warner. Они были необыкновенными партнерами.

Моя команда экспертов, в том числе Джордж Кентрис, Кристен Паксос Месионис и Сьюзан Брейс. Они заполняют пробелы моих знаний в юридическом и психологическом мире, что все равно, что сказать, что Атлантический океан заполняет разрыв между Европой и Северной Америкой.

Те, кто читал ранние черновики и/или вносил свои мысли и предложения, в том числе Росс, Хайди, Рик, Линн, Майк и Санди Розенфельт, Шэрон, Митчелл и Аманда Барон, Эмили Ким, Эл и Нэнси Сарнофф, Стейси Алесси, Норман Трелль, Джун Перальта, Стефани Аллен, Скотт Райдер, Дэвид Дивайн и Кэрол.

Дебби Майерс, которая скрашивает и информирует мою жизнь и мою работу, просто будучи Дебби Майерс.

Я по-прежнему благодарен многим людям, которые отправили мне по электронной почте отзывы об Open and Shut, First Degree и Bury the Lead. Пожалуйста, сделайте это снова на сайте dr27712@aol.com. Спасибо.

Я СХОЖУ С ТРАПА, и впервые в жизни я в Лос-Анджелесе. Не знаю, почему я сюда не приезжал раньше. Никаких предубеждений у меня не было, кроме того, что здешние люди — фальшивые, бегущие от армии, наркоманы, стяжатели, любители силиконовых сисек, оторванные от жизни пожиратели паштета, напыщенные, обожающие «Лейкерс», вечно треплющиеся про обеды снобы.

Но вот я здесь, открытый новому опыту, как всегда.

Рядом идёт Уилли Миллер, чей ум открыт настолько, что в него может влететь что угодно и вылететь обратно — и часто вылетает. Я не уверен, как мысли вообще попадают к нему в голову, но точка выхода точно находится у него во рту. «Здесь не очень круто», — замечает Уилли.

— Уилли, это просто аэропорт.

Я смотрю на него и с удивлением замечаю, что на нём солнечные очки. Они появились прямо за секунду, будто он их вырастил. Ему, видите ли, не «круто», но он, похоже, опасается, что может быть солнечно.

За последние пару лет Уилли стал мне хорошим другом. Ему двадцать восемь, на десять лет младше меня. Мы познакомились, когда я успешно защищал его по апелляции по обвинению в убийстве, которого он не совершал. Уилли провёл семь долгих лет в камере смертников, и его история — причина, по которой мы здесь. Плюс мне больше нечем было заняться.

Мы спускаемся на эскалаторе в зону выдачи багажа. Там нас встречает высокий блондин в чёрном костюме и солнечных очках, точно таких же, как у Уилли. Он держит табличку «Карпентер». Поскольку меня зовут Энди Карпентер, я догадываюсь почти сразу.

— Это мы, — говорю я очевидному водителю.