Онлайн книга «Подельник века»
|
— Монахов, надеюсь, мы не оторвали вас от более важных дел? И где Борис Александрович? – Мартынов не преминул спросить и про барона. — Отбыл по служебной необходимости, – ответил за него Монахов. — Прискорбно, что барона с нами нет. Но ничего не поделаешь. Значит, у него были более серьезные дела! – Мартынов не скрывал недовольства. – Так вы за него? Тогда вперед, докладывайте вместо ротмистра! Монахов кивнул. Чуть отдышался и бухнул: — Нам нужны добровольцы! Присутствующие переглянулись – мысль, в общем, и не нова, но не вот так, с порога… — И много. Те, кто по велению сердца предложит свои услуги в деле охраны государя. Мы нашпигуем этими людьми толпу, как булку изюмом. Правительственных агентов не хватит, действующих чинов полиции тоже. Как показывает опыт, на торжества явятся десятки тысяч. И без добровольцев, проверенных в нравственном отношении, трудно будет обойтись. Обычно это члены Общества хоругвеносцев, или из Союза Михаила Архангела, или прочие, подобные им. Но осведомители из уголовной среды тоже подойдут. Более того, они – люди развитые, отчаянные, так сказать. Привыкшие нарушать закон, фартовые шагнут туда, куда торговец из мелочной лавки зайти постесняется. И окажутся полезнее дюжины хоругвеносцев. При условии, конечно, что ими будут руководить чины правоохранения… Бывший Жора Гимназист коротал 13 декабря в ресторане «Эрмитаж». Но не будем забегать вперед и немного отмотаем время… Глава 7. Личное дело 1 Новоиспеченный агент московской сыскной полиции Георгий Константинович Ратманов испытывал трудно преодолимое желание напиться. Он и раньше подмечал за собой особую черту. Непосредственно в моменты стресса, шока, каких-либо из ряда вон выходящих событий он оставался настоящим профессионалом, брал себя в руки и хладнокровно решал проблемы, какие были не по плечу другим. Однако спустя время даже его тренированное тело и стрессоустойчивый мозг начинала подтачивать изнутри этакая ржавчина сомнений, которая со временем становилась только больше. Другими словами, он стрессовал не одномоментно, а по накопительной. И чтобы на самом деле напиться и забыться, ему не хватало еще буквально пары незакрытых гештальтов. К уже сгоревшему дому Двуреченского, а также пропавшим по вине того же Викентия Саввича, либо – со значительно меньшей долей вероятности – Лодыги, либо чекистов из будущего ценностям, стоило добавить проверку схрона в Политехническом музее и окончательную расстановку точек над i в отношениях с Ритой. Начать решил с культурного учреждения… Как мы помним, недавно он там уже побывал и был изгнан с позором вооруженным топором дворником. Тогда попаданец еще придерживался пацифистских позиций, хотел начать в прошлом новую жизнь, вплоть до того, чтобы не курить и не выпивать, не то что накостылять кому-то. Однако история развернулась по-своему. И он уже начистил рыло одному слишком любопытному корреспонденту. Посему бросить камень в окно музея, заставить сторожа пройти в ложном направлении, забежать внутрь и запереться там – уже не составило большого труда. Как и следовало ожидать, прежнего схрона уже, либо еще, не было. Попаданец перепроверил это несколько раз – насколько хватило времени, пока дворник-охранник снова не попал внутрь. О чем отсутствие ранее припрятанных ценностей говорило применительно к истории? Да бог его знает! А вот с жизнью и бытом конкретного Георгия Ратманова было уже понятнее. Следовало затянуть пояс и дождаться ближайшей получки в полицейском управлении, где агенту полагалось по рублю в день или 30 рублей в месяц. Еще ожидались наградные, но это потом, когда настанут Романовские торжества и надо будет вкалывать за троих… |