Онлайн книга «Сделай громче»
|
Северов сказал это максимально буднично. Бог знает, что творилось в его голове. Но у меня он сумел вызвать противоречивые эмоции. Правда, вслух я выразил их всего одной фразой: — У меня были похожие мысли. — Молодец, у тебя был хороший учитель! – парировал мой супервизор. – Александр Аркадьевич, в такие моменты я вас… тебя… обожаю и ненавижу одновременно! – Спасибо, Игорек, надеюсь, это был комплимент! – Но хотя бы сейчас, хотя бы ненадолго, сбросьте с себя маску мудреца и рыцаря без страха и упрека, сократите дистанцию между собой и вашим верным последователем! – Не сейчас, Игорек, не сейчас, всему свое время… Вслух же Северов продолжил: — Соответственно, после изнасилования наша клиентка стала еще больше бояться мужчин, подозревать в каждом маньяка и потенциального насильника. Думаю, ситуация усугубилась еще и тем… Хотя это не точно… — Говорите-говорите! – не выдержал я. — …Но вполне вероятно, что и наш брат – психолог или психотерапевт, к кому она ходила со своей проблемой до тебя, мог воспользоваться ее неустойчивой психикой, да и телом… Короче говоря, тоже изнасиловал ее!.. – Этим и объясняется нож в руке и открытые настежь двери! – проговорил я про себя завороженно. – Вполне возможно. Но чтобы установить это с точностью, тебе придется снова с ней встретиться. – Я… э… Мне? — Хотя ты уже и сам все решил без меня, – продолжил учитель, словно видя меня насквозь. – Если тебе это важно, конечно, ты можешь возобновить с ней общение. А если нет… Как говорят в Одессе, не надо меня уговаривать, я итак соглашусь! Обычно одесскими анекдотами уроженец этого славного южного города заканчивал свои искрометные выступления. И этот раз тоже не стал исключением. Сразу по завершении монолога Александр Аркадьевич с трудом приподнял с кровати свое грузное тело, буднично испортил в комнате воздух и куда-то заторопился. Аудиенция была окончена. Я получил ряд ответов, но еще больше вопросов. В этом был весь мой гениальный учитель. – Все-таки ты – шизоид, – подумал я. – Ага, а еще истероид, эмотив, тревожник, паранойял, эпилептоид и гипертим. – А еще – псих! – в мыслях я не стеснялся в выражениях. – Все психологи – психи! – парировал Северов и с доброй эмотивной улыбкой указал на мои ноги. Даже аккуратные эпилептоиды не застрахованы от того, чтобы в отдельных случаях перепутать тапки. Только мы, увидев это, сразу же бросаемся приводить ситуацию к нормативному состоянию… А тот же шизоид лишь ухмыльнется: – Так даже прикольнее: левая тапка на правой ноге, а правая – на левой, потому что я уникальный, не такой, как все… И Северов, чему-то улыбаясь, зашаркал из комнаты. Глава 11. На расстоянии вытянутой швабры Но подлинный, классический шизик – это уже директор школы моего сына, кандидат физико-математических наук Абрам Семенович Виторган. Вы уже знаете, как он отчитал Матвея и поминал всуе его отца, а также прошел ускоренный курс «Психология на все случаи жизни», мнил себя большим специалистом в этом вопросе и имел наглость давать профессиональные советы мне. Не знаете только, что этому предшествовало. Поистине профдеформация психологов основана на том, что все окружающие либо уже были нашими клиентами либо еще могут ими стать… Виторган относился к первой группе. Дело в том, что наше знакомство началось года за четыре до описываемых событий. Тогда еще со мной работала не тревожная Аня, а истероидная Лера, которую я вскоре выгнал, ибо она слишком много времени уделяла собственной внешности (хотя это-то поначалу меня и привлекало…), а проще говоря – ни х…а не делала! Однако некоторое время украшала собой вход в мой офис, и сейчас я даже с интересом задумываюсь, как повела бы себя она, встретив нашу проблемную эмотивную клиентку… |