Книга Злополучный номер, страница 42 – Евгений Сухов

— Со всем, что вы сказали, трудно спорить, – вынужден был признать справедливость слов держательницы публичного дома Воловцов. – А откуда вы узнали, что я холост?

— Знаете, – усмехнулась мадам Жозефина, но, как показалось Ивану Федоровичу, совсем не весело, – я содержу свое заведение уже семь лет. И по накопленному опыту вполне свободно могу определить, кто таков мужчина, зашедший ко мне «на огонек»: холост или женат, имеет связи с женщинами или боится их и не знает, как себя с ними вести. Я могу определить, есть ли у него друзья и привязанности, или его единственным другом является домашний кот Васька или цветастый попугай в клетке, с которым он разговаривает долгими и томительными для него вечерами.

— А кто таков я, по-вашему? – заинтересованно спросил Иван Федорович, явно не рассчитывающий встретить в таком заведении столь умную и мудрую женщину.

Прасковья-Жозефина на пару мгновений замолкла, разглядывая Воловцова, а потом сказала:

— Вы – явный холостяк, хотя следите за собой достаточно хорошо. Очевидно, к этому обязывает ваша служба в каком-нибудь департаменте, где вы занимаете не самую низкую должность. Но женской руки, например, в приготовлении вашего костюма для службы или на выход определенно не чувствуется. Стало быть, ни жены, ни служанки у вас не имеется… – Содержательница публичного дома продолжала разглядывать заинтересовавшего ее гостя. – Более того, женщины у вас не было достаточно давно, и вы с некоторой опаской относитесь к тому, чтобы заводить подобные знакомства, поскольку имеете привычку сильно привязываться к человеку, отчего потом чрезвычайно страдаете, и вам трудно и больно с ним расставаться. И еще: вас, очевидно, обманула любимая вами женщина, и вы просто, как огня, боитесь нового чувства. А, возможно, и не желаете его прихода, поскольку боль ваша совсем еще не утихла, а лишь притупилась. К боли ведь тоже привыкают, – немного печально добавила она. – Так что вы совершенно правильно сделали, что зашли к нам. У нас все по-честному: никто не обманет, не станет унижать вас и насмехаться над вашими чувствами и желаниями, какими бы они ни были, уж в этом будьте благонадежны. Более того, вас внимательно и даже вполне искренне и заинтересованно выслушают и приласкают вполне искренне… Знаете, сюда много ходит мужчин просто, чтобы отдохнуть. Только душой, понимаете? Поболтать с хорошенькой девушкой, ничуть не боясь козней с ее стороны и какого-либо подвоха. Некоторые и вовсе приходят поплакаться в жилетку. Очевидно, иных «жилеток» у них не имеется, хотя большинство из таких людей – именно женатые, семейные люди…

— Удивительное дело! – едва не воскликнул Иван Федорович. – Вам бы врачом работать по психологической части, платные консультации людям давать относительно жизненных перипетий и сложных ситуаций и обстоятельств. Или же идти в сыск. С вашим знанием людей и их типов вам цены не будет…

— Нет уж, увольте, – улыбнулась Прасковья-Жозефина. – Я, конечно, в какой-то степени помогаю людям, но полностью отдаваться этому делу вовсе не намерена…

— Почему? – поднял Иван Федорович взор на содержательницу публичного дома.

— Люди не стоят того, – твердо ответила мадам Жозефина, и ее взгляд сделался острым и почти жестким. – Ведь, по большей части, это злые, меркантильные, завистливые и гадкие существа, ищущие только пользы для себя и сугубо личной выгоды. Нет, – усмехнулась она одним уголком губ, – тратить годы своей жизни на людей и на помощь им я ни в коей мере не расположена.