Книга Гений столичного сыска, страница 89 – Евгений Сухов

Гнетущее молчание вновь повисло в гостиной, где собралось все семейство Карпухиных и судебный следователь Воловцов. Молчание грозило затянуться, однако Иван Федорович сделать этого не дал.

— Хорошо. Зафиксируйте улику и покажите ее понятым, – произнес он и добавил, обращаясь к Алексею Карпухину: – А я, с вашего позволения, продолжу… Итак, наш молодой человек уже юноша. А юношам свойственно делать разного рода ошибки и излишне торопиться стать взрослыми. Эта торопливость и присущее молодому человеку любопытство привели его в один известный определенному кругу дом на углу Краснорядской и Хлебной улиц, где проживали девицы легкого поведения и где он сделался мужчиной. В этом доме молодой человек познакомился с бойкой распутной девицей по прозвищу Катька-шоколадница. Она была настоящей профессионалкой и многое умела, причем лучше других. Посему нет ничего удивительного, что, несмотря на род ее занятий, наш юноша в нее влюбился! Такое часто случается с молодыми людьми, чувствующими неодолимое благорасположение к женщинам опытным и старше их по возрасту. А категоричность юношеских суждений! Им ведь кажется, что лишь они одни мыслят верно и современно, в то время как все остальные погрязли в ретроградстве. Ну и что с того, дескать, что любимая девушка проститутка! Ее ведь к тому вынудили обстоятельства. И если исправить эти обстоятельства, изменится и сама ситуация. Грубо говоря, появится любящий мужчина и деньги – необходимость заниматься проституцией отпадет. И блудливая развратная девица, – тут в слова судебного следователя Воловцова вкрались нотки сарказма, – сама собой обернется чистой и непорочной девушкой, и в мыслях не допускающей возможности когда-либо еще предаться прежним занятиям. А любящий мужчина уже есть. Это тот самый молодой человек. А если женщина пока не относится к нему должным образом, то со временем изменится, потому что в нем очень много любви, которой хватит на двоих. Оставалось найти деньги…

Иван Федорович сделал небольшую паузу, во время которой украдкой взглянул на Алексея Карпухина. К бледности и бессилию сына медника прибавилось полнейшее безразличие ко всему происходящему. Это явно читалось в его потухших глазах. Было видно, что он уже смирился с предстоящей участью и готов был сдаться. Судебному следователю оставалось совсем немного постараться, чтобы окончательно его дожать.

— Смею предположить, что молодой человек уже подумывал о том, чтобы убить и ограбить знакомую вдовствующую старуху, проживающую с ним в одном дворе. Старуха ссужала под проценты, у нее, без сомнения, имелись деньги и ценные бумаги и кое-какие безделушки. А ей было уже далеко за семьдесят. И куда ей все это добро? В могилу вместе с собой? Или оставить его своим наследникам, у которых и так все есть? Несправедливо. Лучше все это у нее отнять. И разрешить сразу три задачи: восстановить справедливость, о которой мы говорили выше, получить возможность жить иначе, нежели до сих пор, и одновременно с этим изменить обстоятельства, заставляющие Катьку-шоколадницу заниматься своим непотребным ремеслом. А поскольку молодой человек не единожды бывал на квартире старухи, помогая ей по-соседски, то, где хранятся ценные бумаги и деньги, он прекрасно знал. А еще он знал, что ключи от комода и шкатулок старуха всегда носила при себе.