Книга Остров душ, страница 26 – Пьерджорджо Пуликси

— Держу пари, это тоже идея квестора, – сказала Мара, с отвращением оглядываясь по сторонам.

— Вообще-то да, – признал комиссар.

— Фарчи, пожалуйста, скажи мне, что это шутка, – почти умоляла Мара.

— К сожалению, нет. Но если подумать, то в этом есть своя логика: отдел нераскрытых преступлений будет заниматься очень старыми делами, тех времен, когда еще не было цифровых архивов. Вам придется прошерстить всё в поисках интересующих вас досье. Оцифровано только двадцать процентов архива, и мы начали с последних дел, а не с самых старых. По крайней мере, вам не нужно будет ходить по сто раз туда-сюда по лестнице.

— Давай без глупостей, Джакомо. Этот ублюдок играет в грязные игры: он хочет, чтобы я сдалась и перевелась в другое управление. И это нормально, так как все мы знаем, что он ублюдок. Но она-то при чем? Она сейчас, наверное, думает, что попала в какую-нибудь Бурунди, – отрезала Раис. – Тебе что, это кажется подходящим рабочим местом для двух сотрудников уголовной полиции?

— На этот раз я могу только с ней согласиться, – вмешалась Ева в ее защиту. – Невозможно работать в таких условиях, синьор.

— Это приказ сверху, синьоры. Я не могу ничего сделать.

Слова Фарчи были прерваны шумом за одной из металлических полок. Обе женщины попятились, осматривая пол в поисках источника шума.

— Merdonasa!^[43] – прорычала Раис в истерике.

— Прошу прощения? – спросила Кроче.

— Крысы! Так я и знала… Богом клянусь, если ко мне приблизится крыса, я ее пристрелю, Фарчи. Клянусь головой моей дочери.

Из-за большого шкафа вышел мужчина лет шестидесяти.

— Не волнуйся, подруга. Крыс травили неделю назад, – сказал Морено Баррали, улыбаясь ей. – Настоящие крысы не здесь, внизу, а на верхнем этаже.

У Морено Баррали было морщинистое и отшлифованное временем лицо, как гранитная скала, сформированная тысячелетиями разгневанного мистраля. На изможденном болезнью лице выделялись ультрамариново-зеленые оживленные глаза. Он был среднего роста, с очень короткими седыми волосами цвета стали, и пользовался костылем, с помощью которого сохранял баланс и ходил более уверенно. Его быстрый беспокойный взгляд, казалось, хотел протестовать против предательства его физической оболочки, в которой он чувствовал себя неудобно, как будто попал в ловушку.

— Баррали, черт тебя подери! Ты меня чуть до инфаркта не довел, – зашипела Мара. – Откуда, черт возьми, ты взялся?

— Тут есть аварийный выход, который ведет прямо на улицу, – сказал Фарчи после того, как Баррали и Еву представили друг другу. – И это одна из причин, почему я не был против, чтобы вас сюда отправили. Морено может приходить, когда ему заблагорассудится, не проходя через главный вход и не привлекая внимания. Многие коллеги не одобрили бы это или, во всяком случае, сплетничали бы насчет его сотрудничества, а мне хотелось бы этого избежать. Кроче, Морено…

— Я уже ей кое-что рассказывала, – сказала Мара. – Просто не ожидала, что ты выпрыгнешь из ниоткуда, как ниндзя.

— …Морено – наша историческая память, и он может помочь вам в восстановлении материалов старых дел, – продолжил Фарчи.

— Да, я динозавр мобильного подразделения, – сказал полицейский. – Я знаю, как тут ориентироваться и где искать нужную информацию… Приятно познакомиться, инспектор.