Книга И меня вылечат! Сексоголики для булочки, страница 3 – Бетти Алая

В кабинете мужчины усаживаются напротив. Я чувствую их взгляды на себе, будто физическое прикосновение. Представляются. Энергичный — Елисей Рогов. Суровый и молчаливый — Булат Анкезов.

— Итак, — начинаю, открывая блокнот и стараясь сосредоточиться на листе бумаги, а не на их волнующем присутствии. — Расскажите, что у вас случилось?

Мужчины переглядываются. Начинает Елисей. Голос у него бархатный, с приятной хрипотцой.

— Доктор, наша ситуация… не совсем типичная. Мы вместе пережили одно очень тяжелое событие. Полгода назад, — он кивает в сторону Булата. — Машина, в которой мы ехали, подверглась нападению. Еле выбрались оттуда.

Булат, молчавший до этого, глухо добавляет:

— Выжили только потому, что действовали как одно целое. Чувствовали друг друга без слов. Доверяли абсолютно.

— После возвращения к нормальной жизни начались проблемы, — продолжает Елисей. — Кошмары, панические атаки, состояние постоянной тревоги. Обычные терапевты разводили руками. А потом начались проблемы с девушками…

Я перестаю писать и смотрю на них, ожидая продолжения. Булат делает паузу, подбирая слова.

— Расслабиться, снять напряжение мы можем только втроем. С одной женщиной. Одновременно. По одному просто не получается.

Откладываю ручку. В голове лихорадочно прокручиваю возможные диагнозы.

— Это звучит как… сложная форма созависимой гиперсексуальности на фоне посттравматического стрессового расстройства. Крайне редкий случай. Вы уверены, что индивидуальная терапия…

— Не работает, — отрезает Булат, и в его голосе слышится усталость от многократных попыток. — Мы пробовали. По отдельности никак. Пустота, паника. Только когда мы вместе… и с ней… возникает то самое чувство. Полная синхронизация. Когда за спиной надежный партнер, который прикроет. И только тогда психика наконец-то «выключается», дает отдых.

— Для нас это не просто секс, доктор, — мягко, но убедительно говорит Елисей. — Это единственный известный нам способ выжить в мирной жизни. Единственное лекарство. И мы постоянно ищем ту самую женщину… которая примет нас и выдержит наши… аппетиты…

Я слушаю, и внутри все сжимается от противоречивых чувств. С одной стороны, это гениально и ужасно: их психика создала собственный извращенный, но эффективный механизм выживания. С другой — ясно, что это компульсивное, разрушительное для личной жизни поведение.

— Я понимаю сложность вашей ситуации, — говорю максимально уверенно и профессионально. — Мой метод работы — это глубокий анализ проблемы, беседы, поиск корней травмы, постепенная выработка новых здоровых нейронных связей. Это долгая и кропотливая работа.

Елисей усмехается, но в его усмешке нет злобы, скорее горькая ирония.

— Доктор, мы уже прошли пятерых специалистов. Все они говорили примерно то же самое. А наша нервная система по-прежнему сходит с ума. Вы эксперт по человеческому желанию. Может, стоит попробовать язык тела и практический опыт, а не только слова? Мы могли бы… продемонстрировать суть проблемы.

Сердце замирает.

Боже правый! Они предлагают мне заняться с ними сексом! Я их врач! Это абсолютно недопустимо! Нарушение всех мыслимых этических норм! Я не могу, не имею права!

— Это исключено, — качаю головой, чувствуя, как жар поднимается к щекам. — Вы мои пациенты. Врачебная этика исключает любые личные контакты. Я не могу переступать эту черту.