Книга И меня вылечат! Сексоголики для булочки, страница 38 – Бетти Алая

Он поднимается с моего кресла, делает шаг ко мне. Я инстинктивно отступаю назад, прижимаюсь спиной к холодной поверхности двери. Это ловушка…

— Такая пылкая птичка в клетке из общественных стереотипов и собственной зажатости. Мне было интересно наблюдать. Видеть, как ты освобождаешь других, при этом оставаясь в своей тесной удобной тюрьме.

— У меня нет… не было… — блею, придавленная его мощной удушающей аурой.

Этот мужчина всегда так на меня влиял. И только сейчас до меня доходит: это не волнение или желание, а самый настоящий животный страх. Ринат опасен, я чувствую это очень явно.

— Да брось! Ты всегда боялась своей сексуальности. Отрицала ее. И мне было любопытно, как низко ты сможешь пасть, прежде чем решишься воспарить. Как феникс.

Сердце колотится отчаянно, как раненая птица в клетке. Мне страшно…

К чему он клонит? Я чувствую, что у Гаджиева припасен козырь. А он, как матерая акула, сначала кружит вокруг жертвы, чтобы потом нанести смертельный удар.

Так! Нужно взять себя в руки! Не поддаваться!

Вздергиваю подбородок, вкладывая в голос всю уверенность, на какую способна. Стараюсь думать о том, что у меня есть тыл. Мощный и надежный. Мысли о Елисее и Булате греют сердце.

Я сильная и смогу размазать Гаджиева.

— Ринат, мне неинтересен твой запоздалый психоанализ. Повторяю: я не пойду с тобой на свидание, потому что у меня уже есть мужчина.

Мужчины…

Гаджиев издает короткий тихий смешок. Он придавливает меня, словно бетонная плита.

— Руся, дорогая… — меня от этого «милого» прозвища аж передергивает. — Ты так ничего и не поняла? Как думаешь, откуда взялись твои любовники, ммм? Рогов и Анкезов. Они мои пациенты, девочка. Это я направил их к тебе. Чтобы подготовить и раскрыть для себя твою… огненную сексуальность.

Руслана

Нокаут.

Словно удар под дых. Воздух исчезает из легких, а все мои внутренние опоры, выкованные за годы, рушатся в одно мгновение. В ушах звенит, в глазах рябит. А Ринат стоит и смотрит на меня с самодовольным выражением лица. Аж тошнит!

Как я раньше не замечала? Как могла, дура восторженная, не разглядеть в нем эту хищную, холодную сущность? Я ведь боготворила подлеца!

А Лис? Булат? Горький ком подкатывает к горлу. Неужели все, что было между нами… каждый взгляд, прикосновение, нежные слова… всего лишь часть большой игры?

Наша близость, тепло — искусная ложь?

Пытаюсь сдержать дрожь. Она прокатывается по телу предательской волной от пяток до кончиков пальцев. Сжимаю кулаки, впиваясь ногтями в ладони, пытаясь вернуть себе хоть каплю самообладания.

— Или ты думала, что они нашли тебя… как? По объявлению? — голос Гаджиева полон яда и насмешки. — Именно с такой уникальной психологической проблемой? Их ПТСР — редкость, но лечится просто: регулярным сексом втроем. Подходящую женщину найти непросто, но в остальном живут себе прекрасно.

— Это не так, — выдыхаю, голос звучит глухо и отчужденно. — Неужели великий Ринат Гаджиев, блестящий психолог, не увидел, как на самом деле страдают его пациенты?

— Страдают? — он насмешливо выгибает бровь. — О нет, милая Руся, они в полном порядке. Просто трахают женщин, чтобы немного унять симптомы. Да, не каждая ляжет с двоими, но…

Сглатываю ком в горле. То есть я… лишь одна из тех самых… согласных на все женщин?