Онлайн книга «В плену безумия»
|
На улице всё ещё светит солнце, дует лёгкий ветер. Я глубоко вдыхаю. Живём. Мы живём… Мы вместе… Глеб рядом… Но внутри растёт тревога. Я понимаю, что я бы безумно хотела, чтобы Адам тоже узнал это… Чтобы услышал… Но как? Как достучаться до него? Как объяснить, что внутри — его частичка тоже? Что он — отец, даже если, возможно, и не хотел этого… Не планировал… Я помню его лицо тогда в клубе и понимаю, что он меня любил… Я точно это знаю. И мне больно. Физически. Будто кто-то сжал сердце. Для Глеба будто стало смыслом выдавить его из себя и от мысли, что он справился, мне нехорошо… — Что с тобой? — Глеб замечает моё состояние. — Ничего, — вымучиваю улыбку. — Просто… Волнуюсь очень… Что будет дальше и всё такое... Мы идём по улице, держась за руки. И я всё ещё не знаю, как жить с этим дальше… Я думала, что самое сложное и страшное позади, но теперь чётко понимаю, что это только начало… Справлюсь ли я без него? А самое главное… Справится ли сам Глеб, чтобы реально чувствовать себя свободным, а не в этой медикаментозной клетке? Глава 47 Алёна Вишнякова Мы приезжаем домой… Где пахнет кофе, книгами и чем-то действительно нашим… Где с самого утра не заправлена постель… Где я оставила свою кружку в раковине, где кот всё ещё греет угол нашего дивана… Глеб ставит сумку у двери, оглядывается, будто заново узнаёт это место. Его ведь давно тут не было… Я не представляю каково ему было в диспансере. — Как же я скучал, — шепчет, обнимая меня сзади. — По всему этому. По тебе. По запаху твоей кожи… Волос… Я поворачиваюсь, прижимаюсь к его груди. — Я тоже, — говорю, зарываясь носом в его футболку. — Так скучала, что иногда не могла дышать. Он целует меня. Сразу же… Сначала нежно, потом всё настойчивее. Его руки скользят по моей спине, плечам, волосам. Всё возвращается: тепло его ладоней, ритм дыхания, дрожь, пробегающая по телу, когда он шепчет моё имя на ухо. Мы двигаемся по квартире, целуясь, скидывая одежду на ходу. Диван, кухня, коридор — везде следы нашей разлуки, которую мы стираем прикосновениями, взглядами, вздохами… Он замирает, когда мы оказываемся в спальне. Смотрит на меня, проводит рукой по животу — осторожно, почти благоговейно. И я тоже ощущаю страх, волнение… Необычные совершенно неловкие ощущения от того, что внутри уже другой человек, хотя его даже не видно… — Я… я боюсь навредить, — шепчет он. — Малышу… Я беру его ладонь, прижимаю к своей коже. — Не навредишь, — улыбаюсь. — Он часть нас. Он хочет, чтобы мы были вместе. По-настоящему. Глеб кивает. В его глазах столько всего ко мне… Тревога, нежность, любовь, ревность. Я знаю, что он ненавидит меня от части. Где-то в глубине своей души, понимая, что я делала это с Адамом. Понимая, что мы будто решили всё за него. Но это не правда… — Ты любишь меня? — спрашивает тихо, осыпая поцелуями мою грудь. — Конечно, люблю, — выдыхаю, откидывай назад голову… Скольжу пальцами по его волнистым волосам. Сжимаю их, выгибаясь навстречу. Он поднимается выше… К моей шее. Спрашивает надрывисто: — Теперь можно без презика, да же? — Да… Я даже сообразить не успеваю, как он приспускает свои боксеры и входит в меня, заставив почувствовать всю боль нашего с ним расставания. Я буквально сразу обхватывают его всего и сжимаю всеми четырьмя конечностями. |