Книга Кофе по понедельникам, страница 126 – Алексей Котейко

— Это тебе бабушка рассказала?

Жанна кивнула.

— Когда бабушка была совсем маленькой, этот фонтан ещё работал. После войны его восстановили, и даже дополнили: тут в центре, на трубках пуска воды, была прикреплена металлическая рыбка, выкрашенная под золото. Моя прапрабабушка гуляла с внучкой по окрестностям, в том числе, они приходили и к этому фонтану. Она рассказывала бабушке, что в прежние времена выпускники училища пробирались майской ночью накануне экзаменов в сад директора, и бросали в фонтан монетки на счастье. Однажды бабушка попросила монетку, и тоже бросила её, загадав желание золотой рыбке.

Девушка помолчала, поглаживая кончиками пальцев растрескавшийся бетон на боках старого фонтана. Потом заговорила снова:

— В этом доме жила бабушкина и дедушкина подруга, тётя Ира. Она работала врачом в железнодорожной поликлинике на проспекте – той, что у самого виадука. Мы с бабушкой ходили к ней в гости несколько раз. Не помню, в самый ли первый наш визит бабушка показала мне этот фонтан и рассказала эту историю, или она повторяла её несколько раз, как любимую сказку. Тогда фонтан уже не работал, и золотую рыбку кто-то давным-давно оторвал с подставки, но сама чаша ещё была без земли, и в центре торчали проржавевшие трубы. Мне тоже хотелось загадать желание, и я, получив от бабушки монетку, бросила её в пустой фонтан.

— Оно сбылось? – тихо спросил Сергей.

— Нет, – серые волосы качнулись. Голос девушки звучал устало. – Наверное, сказалось отсутствие золотой рыбки.

* * *

Тем вечером Сергей снова долго лежал без сна, перебирая в памяти всю их прогулку. Он не смог бы с уверенностью сказать, отчего на душе разливается спокойное тепло, отчего так приятно снова и снова прокручивать в мыслях сказанные и услышанные слова, пойманные взгляды и улыбки, прикосновения рук. Но, представляя себе каждый шаг пройденного маршрута, парень умиротворённо улыбался – и так и заснул с улыбкой на губах, не заметив, когда явь перешла в сновидения, где он снова шагал вместе с Жанной по улочкам старого центра.

Девушка понравилась ему ещё при самой первой их встрече, но тогда это было что-то сугубо внешнее, поверхностное – всё равно что обернуться вслед красивой незнакомке, не задумываясь о том, какой она человек. Теперь же Жанна раскрывалась перед парнем именно как человек, причём с совершенно неожиданной стороны. Молодой художник начал понимать, откуда у сероволосой красавицы её вечное недоверие к людям, и одновременно удивлялся, насколько стойким характером должна была обладать Жанна, чтобы после всего пережитого ею ограничиться лишь недоверием, а не превратиться в озлобленного мизантропа.

Сергей не планировал заранее их маршрут и не подбирал какие-то определённые места – скорее он просто хотел пройти со своей спутницей по тем уголкам Города, которые успел полюбить. Но оказалось, что почти все они так или иначе были связаны с самой Жанной, или историей её семьи – в основном, конечно же, запомнившейся когда-то из бабушкиных рассказов. И теперь краеведческие факты, которыми был готов щедро делиться Серёга, причудливо переплетались не с абстрактными датами и громкими именами, а с жизнью обыкновенных людей.

Одни истории Жанны были как новогодние игрушки: редкие счастливые воспоминания из детства, когда жизнь, несмотря ни на что, обещает впереди множество чудес и открытий. Другие походили на глубоко засевшие и постоянно саднящие занозы – девушка говорила об этих случаях поначалу нехотя, будто боясь, что, извлекая их из глубин воспоминаний, становится уязвимой.