Книга Прости за любовь. Причал, страница 25 – Кристина Лин

Серая мышка Настя… Разве с ней может сравниться вот это все? Никто не может быть вкуснее ее чистых эмоций и мурашек на коже.

— Твою мать, Милена! — срываюсь на женщину. — Какого хрена ты творишь?!

— А что такого?! — моментом взяв себя в руки, поправляет на себе плащ и расправляет плечи. — Я же вижу, как ты на меня смотришь. Так почему нет?

Стало еще паршивее.

— И как я смотрю? — ехидничаю, хватая в руку стакан с виски и залпом вливая в себя выпивку.

— Как на кусок мяса, который хочешь сожрать, — с довольной улыбкой сообщает женщина.

Она, будто, и не разочаровалась даже. Уверена на сто процентов в том, что все равно меня получит. Убийственная невозмутимость! Невероятная наглость.

— Не делай так больше, — отставив стакан и повернувшись к ней лицом, практически выплевываю эту фразу.

Милена, виляя бедрами, прошла к столу, грациозно уселась на стул и сделала глоток виски. Так, будто, у себя дома находится. Совсем не услышав моих слов о том, что не приемлю такого поведения в женщине. И не важно, какое шикарное у нее тело.

— Ты передумаешь, Рус, мы оба это знаем, — заявляет она самоуверенно, глядя мне прямо в глаза. — Признай, что мы очень друг другу подходим. Кто еще сможет выдержать твой характер?

Меня бесит ее уверенность в себе, раздражает эта показушная сексуальность. И, впервые за все время нашего знакомства, начинает болеть голова от запаха ее духов. Хочется поставить на место эту сучку. Так, чтобы запомнила.

Подхожу к ней и, упираясь руками о поверхность стола, наклоняюсь к самому уху.

— Сейчас ты встанешь и пойдешь вон, — шиплю, едва сдерживаясь. Она вздрогнула, но уже поздно. По тормозам надо было бить раньше.

Хватаю ее руку и выталкиваю женщину из-за стола, отшвыриваю к выходу из квартиры, как нашкодившую шавку. Не хотел быть грубым, но она перешла грань. Сама напросилась, придется отвечать.

— Ай! — шипит на меня. — Ты с ума сошел?! Мне больно!

Это еще не больно, милая. Ты не знаешь меня, поэтому приперлась, когда не звали. Вряд ли я так уж подойду тебе, как сама себе придумала.

— Тебе пора! — хватаю с тумбы ее сумочку и швыряю ей в руки. Она машинально ловит.

— Ну ты и мудак! — рычит на меня, гневно сверкнув глазами. — Я не вещь, чтобы так со мной обращаться!

Голова кипит, внутри все печет. Подскочив к ней в один рывок, обхватываю рукой шею и вдавливаю женщину спиной в стену. Милена обхватывает мою ладонь, в глазах ужас. Правильно, милая, поняла теперь, с кем связалась? Так и должно быть, со мной не спорят.

— Не смей говорить со мной в таком тоне, — шиплю ей в лицо. И никогда больше, слышишь? — никогда! не веди себя со мной так, как сегодня. Поняла?

Она испуганно кивает, глядя в мои глаза. Один черт знает, что она в них увидела. Но, вот, в ее взгляде сквозит ужас. Отпускаю женщину, и она тут же хватается за шею, потирает кожу, пытаясь отдышаться.

— И, Милена, — добавляю. Женщина поднимает на меня испуганный взгляд. — Я женюсь через три дня, реши с загсом.

Ее глаза округлились еще больше.

— Как?! — вот, оказывается, как нужно было ставить ее на место. Судя по лицу, эта новость ударила по ней больней, чем мои запугивания.

— А что? — не сумев подавить улыбку, наблюдаю за реакцией Милены, — ты же сама говорила, что мне нужна жена. Так что, почему нет?