Книга Останусь пеплом на губах..., страница 32 – Анель Ромазова

— Знаешь, он говорил, что если что-то пойдёт не так, то разорвёт меня клыками. Так вот, пошло. Всё пошло не так, но только не он, а я пущу пулю прямо в атрофированное сердце этого психа, если увижу, — до боли сжимаю кулаки, словно уже готовясь к незримому бою с противником, которого в первой схватке мне не удалось одолеть.

— Ты не представляешь, как ты близка к истине, за одним нюансом. Сердца у него больше нет. Такие суки, как ты знают, чем его выжигать, — голос не кажется суровым, он таковым является.

— Такие суки, как я, пожертвуют собой ради того, что им дорого. И ты меня понимаешь, потому что сам такой, — с экспрессией выхлёстываю и злюсь.

— Понимаю, а ты нет. Дорого и выгодно для нас совсем разные понятия. Не переживай, Карина, за тобой есть кому приглядывать, переживай за то, когда ему надоест. Вот тогда спасаться будет поздно, а я не вмешиваюсь, потому что мне есть что терять и тебе. В остальном не ручаюсь, но мужа береги и советую усилить охрану, — понимающий и набивающий себе кучу ярлыков от меня, спокоен и выдержан, будто в его вселенная строится волшебным образом.

Самое безобидное — вожак стаи отмороженных волков. Как в неё затесался Север, ведь он же демон, псих и возложенное на меня проклятье. Наследство от моей матери.

Дурное предчувствие растёт под рёбрами. Отринуть его невозможно. Терпеть невыносимо. Игнорировать недальновидно, когда транспарант с предупреждением мне развернули перед лицом.

Беги, спасайся, не оглядывайся.

Ирония заключается в том, что он не сказал ничего нового, чего бы я не знала.

Естественно, мой нрав встаёт на дыбы и не даёт прислушаться. Я не рискую ради глотка шампанского, на кону стоит будущее. Да, наплевать мне на своё.

Отбойные молотки в висках созвучны с тактом быстрых шагов. Сердце колотится совсем на другой ноте и ощущается в груди чужим и незнакомым. Оно живее, чем я вся, упавшая в путаницу мыслей. Не позволяю себе анализировать, пока весь шум в организме не уляжется до приемлемого и терпимого.

Проверяю через стекло Виту и остаюсь на улице подышать. Преследующая меня тачка стоит там же. Я сажусь на капот своей.

Ну, мой новый «друг». Я веду себя пай-девочкой и не собираюсь никого вмешивать, а жду вознаграждения.

Демонстративно провожу по губам пальцами, показывая, что была нема, как рыба под тоннами океанических вод. Пузыри воздуха из лёгких и шипение – не сто́ит принимать за звук. А мне, в создавшемся окружении доступно только это. Слегка растягиваю рот и улыбаюсь.

Мне нет нужды видеть лицо своего сталкера. Я дрожью на коже чувствую его взгляд. Чувствую, как скользит, пожирая выставленные в разрезе ноги. Чувствую, что останавливается на шее и там стекается в одну точку жжение, как если бы внезапно бесконтактно образовался засос. Я даже принимаюсь растирать покалывание, потом спохватившись, отдёргиваю руку.

От анонимного преследователя прилетает новое сообщение. По правде, больше, чем уверена, что в нём содержится что-то из области махровых угроз. На этот раз тебя пронесло, живи дальше и не переходи намеченную красную линию.

Открываю и минут пять проходит, пока я пытаюсь разглядеть в мутных лицах на фотографии самое дорогое и знакомое. Внутри поднимается штормовая волна и выносит в горло замершее сердце. Мне не продохнуть через раскалённый ком.