Книга Тень, ключ и мятное печенье, страница 63 – Алексей Котейко

— Жаль, что у вас нет возможности осмотреть ту мансарду и то окно, – посетовала Виола. – Мы бы не блуждали тогда среди домыслов и допущений.

Все трое ещё некоторое время обсуждали вероятность того, что в доме действительно оказалось то самое мятное печенье, а Вути и Шандор даже начали прикидывать, нельзя ли сыщику как-нибудь инкогнито попасть в дом – переодевшись, к примеру, кровельщиком, или трубочистом.

В дверь снова постучали.

— Кто? – поинтересовался Абекуа.

— Я, – откликнулся из-за двери Равири.

Шандор отпер и отступил назад, пропуская настоящего драконида-лудильщика: в валяной шляпе с маленькими, круто загнутыми вверх, полями, в просторной шерстяной хламиде и кожаном фартуке. За спиной Равири нёс сетчатую понягу, заполненную медными чайниками, ковшиками и сковородами, а под мышкой – деревянный ящик с инструментом. Громыхнув им об пол, Те Каеа скинул со спины свою ношу, и с наслаждением потянулся.

— Как они в таком виде целыми днями расхаживают, диву даюсь, – прокомментировал он.

— Откуда у тебя всё это? – удивлённо спросил Лайош.

— Одолжил. За крону, у настоящего лудильщика. Он заберёт своё имущество сегодня вечером. Правда, этот скаред хотел пять крон – мол, я его дневного заработка лишаю. Я возразил, что он может получить всё обратно за три часа, и, таким образом, большая часть дня ещё останется для работы. Но он предпочёл засесть в пабе.

— А если бы тебя попросили в самом деле что-нибудь починить? – поинтересовался Вути.

— Починил бы, – пожал плечами Равири. – Я же паял свои колбы и реторты. Кстати, в доме, где взорвался паромобиль с шофёром, я запаял в прачечной большой котёл, а на кухне три кастрюли. Вот, – он с гордостью продемонстрировал двадцать геллеров. – Клиенты довольны.

— Замечательно, – усмехнулся Шандор. – А мы что с этого имеем?

— Мы с этого имеем, – начал Те Каеа, взбираясь в своё кресло, – Подробное описание случившегося со слов очевидцев. Интересно в нём то, что утро начиналось вполне обычно: шофёр съездил в город, привёз несколько свёртков – покупки и заказы хозяев. Затем поставил машину возле гаража и отправился обедать. После обеда вышел, завёл паромобиль – и помчал навстречу смерти.

— Есть хоть какой-то намёк, где он побывал, когда забирал свёртки? Что было в тех свёртках?

— Где побывал – не знаю, а в свёртках были часы хозяина из починки, новое платье хозяйки, два каких-то почтовых отправления – слуги видели сургучные печати почтовой службы. И фотоальбом.

— Фотоальбом?

— Фотоальбом, – уверенно кивнул Равири. – Хозяин дома женился примерно за месяц до случая с шофёром. Фотоальбом прислал фотограф, который снимал их свадьбу и затем оформлял снимки в отдельную книгу.

— То есть у советника нет детей?

— Есть, от первого брака, и с ним давным-давно не живут. Нашему советнику уже под восемьдесят, и он недавно женился на двадцатилетней вдове одного армейского офицера.

— Очень любопытно… – пробормотал Шандор. – Если мы предположим, что удар был направлен опять-таки против советника, то жертвой должна была стать его молодая супруга. В этом есть смысл.

— Какой? – поинтересовалась Виола, которая до того молча слушала рассказ Равири, и прихлёбывала чай.

— Возраст, – тут же ответил сыщик. – Во всех случаях есть девушка или молодая женщина. Что-то должно объединять их. Общее знакомство, место, какое-то увлечение или привычка в распорядке дня…