Книга Тень, ключ и мятное печенье, страница 94 – Алексей Котейко

Переулок оставался пуст, они беспрепятственно дошли до следующего перекрёстка и нырнули в шумный поток прохожих на большой улице. Лайош перестал оглядываться, чтобы не привлекать к себе внимание, но чувство тревоги только нарастало: сыщику казалось, что затылок ему сверлит холодный расчётливый взгляд чьих-то внимательных глаз.

— По-вашему, это разумно? – спросил Ла-Киш, рассматривая переодетых Лайоша и Виолу.

— Разумнее всего, возможно, было бы уехать из города. Может быть, даже навсегда. Но этого никто из нас сделать не может, да и не хочет, – сыщик посмотрел на девушку, откинувшую вуаль и устроившуюся у окна, и та утвердительно кивнула. – Значит, остаётся только ждать, пока на ваш запрос о Джиме Хорне придёт ответ. А тем временем будет гораздо больше толку, если мы продолжим поиски отравителя, чем если просто будем сидеть в своей норе, ожидая, когда за нами придут.

— Я думал, вы подобрали хорошее укрытие?

— Хорошее. Но сегодня я узнал, что устроившие «фейерверк», – последнее слово Шандор выделил голосом, – не поскупились нанять и расставить по всему городу наблюдателей. Возможно, наш маскарад собьёт их с толку. Или не собьёт. В любом случае, если за дело взялись с таким размахом, даже лучшее убежище рано или поздно обнаружат. К тому же у нас есть и другое расследование, которое также не терпит отлагательств.

— В самом деле?

— Да.

— Что за расследование? – поинтересовался Ла-Киш, внимательно глядя на сыщика.

— Ловим привидений.

— Очень смешно.

— Я вовсе не шучу, – покачал головой Шандор. – Семья переехала в недавно купленный дом, и хозяйка стала слышать голоса, звуки. Видеть какие-то тени.

— С каких пор вы замещаете фратеров?

— С тех пор, как фратеры, побывав в доме, только развели руками. Кстати, констебли Канцелярии тоже там были, и тоже ничего не нашли.

Сюретер нахмурился и некоторое время молчал, постукивая указательным пальцем по краю стола. Потом пожал плечами, словно говоря: «Ну, привидения, так привидения», и спросил:

— О какой версии вы говорили по телефону?

— Мадемуазель Энне выдвинула, на мой взгляд, вполне логичное предположение. Пусть она сама расскажет. Мадемуазель?

Виола облизнула губы и заговорила:

— Возможно, отравитель или отравители мстят за женщину. Выбор жертв по полу, возрасту и социальному статусу, использование не просто яда, который убивал бы мгновенно, но наркотика, заставляющего жертв перед смертью терять разум и контроль над собой.

— Заметьте: при этом сами жертвы, в общем-то, не мучаются, они находятся в состоянии эйфории, – добавил Лайош. Потом, вспомнив свои ощущения от прикосновения к телу Беатрис Эшту-Кальво, уточнил:

— Как правило не мучаются. Отравители стремятся доставить мучения не жертвам, а их родным. Предположу, что в первую очередь – городским советникам. Своего рода извращённое представление об отправлении правосудия.

— При чём тут правосудие? – удивлённо вскинул брови Ла-Киш.

Шандор наклонился над столом и заговорил так тихо, что сюретер вынужден был тоже податься вперёд, чтобы разбирать слова сыщика:

— При том, что к убийствам причастен химик или фармацевт, имеющий в своём распоряжении лабораторию для производства того самого вещества. Значит, это человек с определённым достатком и положением. Мы думаем, что, возможно, имел место некий инцидент с его родственницей женского пола: женой, дочерью, сестрой, внучкой, племянницей. Инцидент, в котором оказались как-то замешаны либо городские советники, либо кто-то из членов их семей. Скажем, юноша из богатой семьи, решивший…