Книга Мои дорогие привидения, страница 11 – Алексей Котейко

— Хорошо, что у вас электричество есть, – брякнул Федя и тут же смутился, подумав, что хозяйка обидится. Но Наина Киевна только усмехнулась:

— А ты что же, мил человек, думал, что у нас тут совсем медвежий угол?

— Но газа ведь нет, – попытался защититься Фёдор.

— Есть газ, только денег нет его подключать, – отрезала старушка. – Мы вам, говорят, в Луговец ветку проведём, но за подключение домохозяйств плата отдельно. А там такая плата, что можно две ветки туда-сюда провести, и ещё останется. Так зачем мне тот газ?

— Вроде ведь выгоднее, чем дровами или углём топить, – совсем уже нерешительно пробормотал Федя.

— Думаешь? Может, если три жизни прожить – и окупится, – хмыкнула старушка. – Ну, добрый молодец, доволен хоромами? Или есть какие пожелания?

— Нет, всё замечательно, спасибо большое. А Интернета у вас нет?

— Интернета? – брови опять скрылись под платками. – Чего нет, того нет.

— И сеть, наверное, не ловит? – попробовал в последней надежде парень.

— Телефонная? Отчего же, ловит. У колодца, что в центре села. Слабенько, правда, но пользуются, у кого свои телефоны есть. Но с правления надежнее.

— Понятно. А…

— Туалет – на дворе, – махнула рукой Наина Киевна. – Душ – там же, летний. Ты если сейчас пойдёшь, самое то будет: водица – парное молоко! А захочешь – баньку справим. Я теперь её нечасто топлю, но если подсобишь – в два счёта организуем.

— Спасибо большое, я тогда в душ, – заторопился Фёдор. Старушка кивнула и вышла. «Полотенце забыл!» – скривился писатель. – «Вот растяпа!».

Он быстро выгрузил вещи в комод, оглянулся – и, к своему удивлению, увидел на изножье кровати большое банное полотенце.

«Прямо «всё включено», – подумал Федя, беря полотенце и выходя из комнаты.

Петух заорал где-то под самым окном, и Фёдор, дёрнувшись от неожиданного звукового сопровождения, разом проснулся. На цветастых полосатых половичках лежали пятна солнечного света. Мерно тикали часы. Федя посмотрел по сторонам и обнаружил их: ходики с кукушкой, висевшие прямо над комодом.

«Странно, а вчера не увидел», – подумал парень и прошлёпал босыми ногами к окну. Щёлкнули шпингалеты, бесшумно распахнулись на хорошо смазанных петлях створки – и в комнату ворвалась одурманивающая смесь запахов: сосны, яблоки, какое-то разнотравье, уже подсыхающее на солнышке после обильной ночной росы.

Фёдор осторожно приоткрыл дверь в соседнюю комнату, опасаясь, что хозяйка ещё спит – но Наины Киевны вообще не оказалось в доме. Постель её была аккуратно застелена, а на столе дожидался постояльца завтрак. Федя снял подвязанную шнуром тряпочку с глиняной крынки, сделал глоток: молоко. Парное. Парень зажмурился от удовольствия. Вкус будто вернулся из далёкого-далёкого детства, из того времени, когда всё в жизни хорошо, и только хорошее ждёт тебя впереди.

Сделав несколько больших глотков, Фёдор принялся изучать остальные блюда. На тарелке, прикрытые салфеточкой, лежали пирожки – толстенькие, каждый с ладонь Феди, маслянисто поблёскивающие боками. Парень осторожно разломил один: внутри оказалась гречневая каша. Второй был с яблоками («не иначе те самые, из сада»). Третий оказался с капустой. Каждый пирожок был представлен дважды, но Фёдор понял, что ему для сытости вполне хватит и трёх штук.