Книга Чудеса за третьей дверью, страница 27 – Алексей Котейко

— И из того, что сегодня ночью русалка лично приветствовала меня, выходит…

— Что это серьёзная сила. И серьёзная ответственность, – подытожил домовой.

Дождь начался около трёх часов ночи, и к рассвету превратился в настоящий ливень. Сразу стало понятно, зачем дядя Этьен держал на крючках у входной двери целую коллекцию рыбацких плащей – только закутавшись в такой с ног до головы, можно было ненадолго выскочить наружу.

Степану пришлось с десяток раз пробежаться до дровницы и обратно, а заодно поправить регулятор в котельной: из-за холода и резко выросшей влажности во всех комнатах башни начало ощутимо тянуть сыростью. Гоблин хотел было помочь, но даже в самом маленьком из дождевиков он выглядел как король в мантии, волочившейся следом по грязи. О том, чтобы тащить вместе с плащом ещё и дрова, не могло быть и речи.

«Интересно, во что мне станет такой обогрев в платёжках. Хотя… Лучше уж платить, чем потом делать ремонт из-за плесени», – Степан свалил очередную охапку дров в гостиной и заметил дремавшему в кресле домовому:

— Хотел бы я, месье Руй, управлять камином по щелчку пальцев, как вы.

— Волшебство фейри всегда имеет свои ограничения, – заметил месье Дуфф. Он снял башмаки и теперь грел у огня широкие ступни. – Некоторые из нас завидовали людям как раз потому, что ваше слово выше таких границ. Впрочем, и оно не всесильно. Безграничного могущества не бывает даже у духов. Кстати, не стоит думать, что дрова по велению Руя появляются прямо из воздуха – они попросту перемещаются сюда из дровницы. А вот пополнять её придётся вручную. И я рекомендую не откладывать это дело, потому что в Бретани дожди иной раз могут зарядить на неделю, а вы, месье, явно не собираетесь терпеть холод и сырость.

Только когда камины на всех этажах начали весело потрескивать, помогая отопительному котлу, человек и фейри принялись за завтрак, а затем Степан решил заняться библиотекой. Месье Дуфф поначалу наотрез отказывался подниматься наверх, но после уговоров, недовольно ворча, всё-таки согласился. Хотя и старался держаться подальше от окна.

Кот, напротив, устроился прямо на открытой крышке секретера, то окидывая взглядом тёмные силуэты деревьев за стеклом, полускрытые потоками воды, то с интересом наблюдая за тем, как Степан извлекает из многочисленных ящичков самые неожиданные предметы.

— Наверное, проще было бы это всё выбросить, но вдруг тут окажется что-нибудь ценное, – говорил хозяин домовому, просматривая очередной клочок бумаги с неровными строчками: «Устрицы… сыр… кролик…».

Список покупок полетел в мусорную корзину. Теперь Степан достал из бокового отделения секретера пачку старых открыток:

— А вот это может быть интересно коллекционерам. Что только люди не собирают!

— Ага, – отозвался гоблин, разглядывавший приборы под стеклом большого стола. – Некоторые вообще тащат всё, что не приколочено. А что приколочено – отрывают и тащат.

Кот фыркнул. Степан улыбнулся:

— Фейри никогда ничего не хранят?

— Почему же, – охотно заговорил Дуфф. – Вот гномы, к примеру. Хлебом не корми, дай припрятать алмаз или самородок. Хотя что касается накопительства, то это присуще почти всем нам. Но таскать к себе что-то не слишком полезное… Говорят, лютены сохраняют на память о хозяевах мелкие вещицы – брошь, запонку, булавку от галстука. В таком вот роде, – гоблин покосился на кота. Тот демонстративно отвернулся и смотрел на заливаемое дождём стекло. – Я слыхал, что люди, бывает, собирают монеты не ради их ценности или металла, а просто потому, что монета была отчеканена там-то и тогда-то. Наверное, это ваш способ остановить время. Пусть ненадолго, но прикоснуться к вечности.