Книга Чудеса за третьей дверью, страница 82 – Алексей Котейко

— Любого? – любопытство у Степана на время взяло верх. Он снова вспомнил про русалку.

— Не любого, – ответил лютен. – Но таких, как эти – да.

— Значит, нам нужно что-то вроде кнутов. Хорошая прочная верёвка – страховка для кровельщиков наверняка подойдёт. И всё серебро, какое только останется после защиты гостиной.

Все трое невольно посмотрели на рисунок кувшинки, навсегда впечатавшийся в камень дымохода.

— Да, – кивнул Дуфф. – Защищать лучше всего гостиную.

— А что насчёт обсидиана? – вспомнил Степан. – Гномы же не зря его встроили в глаза статуй?

— Ну, он в какой-то мере может помочь, – заметил Руй. – Конечно, было бы лучше всего, если б обсидиан был у нас повсюду в стенах. Как и серебро. Но я бы не стал целиком полагаться на такую защиту.

— Идеальной защиты… – начал Дуфф.

— Нет, – со вздохом закончил Степан.

Конечно, с товарами для сада можно было бы поступить так же, как со стройматериалами, но Степан прекрасно понимал, какое удовольствие доставит Дуффу возможность лично посмотреть и выбрать саженцы и рассаду. А заодно – это человек, хотя и подозревал, но вслух не сказал – просто «выйти в свет». Что бы там ни говорил гоблин, ему явно был интересен мир людей, и те изменения, которые произошли за минувшие десятилетия.

Вместе с тем Степан сразу объявил, что будет настоящим свинством, если они с Дуффом начнут кататься по магазинам, оставив на Руя и Нику все хлопоты по хозяйству. Поэтому к общему согласию – и удовольствию гномов – шестое апреля ещё накануне вечером, за ужином, было объявлено выходным днём. Сразу после завтрака «Рено» выкатил со двора и взял курс на ближайший садовый центр.

В окрестностях обнаружилось несколько таких магазинов, в основном входивших в крупные торговые сети. «Старый Али» уже сам по себе был достаточно колоритной фигурой, а в компании неотступно следовавшего за ним большого рыжего кота и вовсе привлекал все взгляды. Степан опасался, что их маскировка может в какой-то момент попросту не выдержать – но слово работало.

Правда, пару раз к ним подходили заинтересовавшиеся «туарегом» полицейские, которым Дуфф на чистейшем французском языке объяснял, что его папаша был родом из Лорьяна, служил в Алжире, да там и остался, а вот он ещё в юности перебрался на историческую родину. При этом гоблин с гордостью демонстрировал свой «паспорт», который был, разумеется, только иллюзией, и на деле представлял собой обёртку от плитки шоколада, съеденного компанией во время поездки.

На Степана и Нику, следовавших чуть позади «Старого Али» и кота, никто не обращал внимания.

— Вам, похоже, не слишком интересно садоводство? – спросил он, наблюдая, как она мимоходом рассматривает выставленные на стеллажах горшочки с цветами. Ника улыбнулась.

— Я городская жительница. Мама очень любила возиться с растениями, у нас всегда на подоконниках стояли цветы. А я – ребёнок асфальта.

— В Белграде, как мне помнится, полно зелени, – как бы между прочим заметил Степан. Девушка с интересом взглянула на него.

— Вы были в Белграде?

— Был. В прошлом году, в мае.

— По делам или просто?

— Просто, – он остановился, рассматривая ажурную арку садовых качелей.

— И как вам?

— Очень понравилось. Белград какой-то удивительно спокойный и уютный. Старые домики, улочки…