Книга Плата за жизнь, страница 43 – Татьяна Захарова

Уже в дороге Карина начала меня расспрашивать о тете и бабушке: как их зовут, какие они. Старалась объективно отвечать на её вопросы, хотя иррациональная обида на них оставалась.

— Мам, а я им понравлюсь? – спросила Карина, когда мы уже подъезжали к парку. И отчего она так разнервничалась?

— Конечно, родная, ты им понравишься, – ответила я с улыбкой. – Но знаешь, главное, чтобы они тебе понравились. И если вдруг этого не произойдет, ты обязательно мне скажи. Договорились?

Карина кивнула. И подалась ко мне, чтобы снова обнять. Ксюша уже парковала машину, поэтому я расстегнула ремни безопасности, удерживающие малышку в кресле, и прижала её к себе крепко-крепко.

На улице дочурка по привычке ухватила нас с Ксюшей за руки и чуть ли не потащила на буксире к месту встречи. А у фонтана нас уже ждали Вера и Елена Дмитриевна. Вера держала воздушный шарик, наполненный гелием, а в руках Елены Дмитриевны я заметила огромную плюшевую собаку. О нет! Карина же снова начнет разговоры о домашнем питомце. Я бы, может, и согласилась на собаку, если бы она хотела какую-нибудь миниатюрную породу. Но нет, ей хаски подавай, не больше и не меньше.

Знакомство, несмотря на мою натянутую улыбку, прошло хорошо. Карина тут же покорила женские сердца. Я предложила погулять по парку, но Барские отчего-то замешкались. Загорелись идеей сфотографировать Карину именно сейчас, и насколько могли затягивали процесс. Вскоре я поняла, почему. Увидела приближающегося к нам Михаила Юрьевича. Посмотрев в глаза несостоявшейся свекрови, покачала головой. Ничего больше не успела предпринять, так как в этот момент откуда-то сбоку к нам подошел Ковалевский.

— Прости, я немного задержался, – сказал он мне.

И чмокнул в щеку.

Юлия

Я от неожиданности онемела. И остолбенела. И это было к лучшему, как я позже поняла, иначе бы в тот момент всю контору спалила. Ведь Барские во все глаза смотрели опять на нас. Я выдавила улыбку, шепнув на ухо Алексею:

— Это явно перебор.

Но его руку со своей талии не убрала. Алексей поздоровался с женщинами, бросив на Барского предупреждающий взгляд.

— А вы тоже папин родственник? – с интересом спросила Карина у Ковалевского. Ой! И что дочери-то сказать? Я с некоторым злорадством посмотрела на Алексея, радуясь, что вопрос не мне адресован.

— Нет, Карина, – спокойно ответил Ковалевский. – Я – друг твоей мамы. Алексей.

— Приятно с вами познакомиться, – с важным видом проговорила Карина. Ковалевский усмехнулся и ответил любезностью:

— И мне с тобой.

— А я – твой дедушка, – вмешался Барский, догадываясь, что при дочери скандала я закатывать не буду.

— А мама мне только о тете и бабушке рассказывала, – растерялась малышка и посмотрела на меня.

— Он не… – начала я и осеклась. И на хрена он представился дедушкой, если сам в это не верит? Выдохнула, и уже более спокойно произнесла: – Михаил Юрьевич, наверное, только сегодня приехал. И скоро уже уедет. Он очень занятой человек, – с явным предупреждением сказала я. Вспомнив об образце для ДНК, я достала бумажный конверт и маленькие ножнички. И пока Ксюша с Верой отвлекали ребенка, аккуратно отрезала клочок светлых волос из хвостика. Положив его в конверт, протянула Барскому, взглядом указывая обратное направление для движения. Барский прищурился от злости: ему, наверное, давно никто не указывал, что делать.