Книга Вляпаться по полной, страница 129 – Татьяна Захарова

— Пластическая операция. — Андрей кивнул: тоже к этому варианту склонялся.

— Если рак подтвердится, скорее всего ей назначат химиотерапию. — Мы имеем примерное представление что это за ужас. Если бы у мамы был хоть минимальный шанс, мы бы испробовали и её. Но шанса не было, четвертая стадия — это приговор. Сейчас же вопрос в том, чтобы бросить нашу женщину, вообще не стоял. Мы не обсуждали с братом, но я знаю, что отцу и он не смог простить то, что тот бросил нашу мать умирать. Я, как мог, прикрывал его отсутствие, даже рассказал матери, как прознав о нашей беде, конкуренты набросились на нашу фирму, желая разорвать её в клочья. Объяснял отсутствие отца попытками спасти дело всей его жизни, вот только этим вопросом занимался Андрей, я и дядя Глеб (брат отца) помогали по мере сил и свободного времени. И мы не просто спасли дело отца, мы ещё и поглотили двух наиболее наглых конкурентов. Правда, уже после смерти матери. Нам нужно было заглушить боль потери, вот всю энергию и направили на уничтожение врагов. Андрей резко выдохнул и. наконец, закончил свою мысль. — При ударных дозах она убьет большинство яйцеклеток. — теперь я думал дольше. Материнство? Любая женщина хочет стать матерью. Да и мы, в принципе, в будущем хотим детей.

— ЭКО, в крайнем случае, суррогатное материнство. — предложил я. Наверняка, есть и другие более современные варианты. Андрей усмехнулся и снова кивнул. Значит, и сам додумался до этих вариантов. Почему брат тогда так озадачен? Я рискнул предположить. — Ты ведь понимаешь, что скорее всего все будет так, как Таня описала — маленький шрамик. Он тебя смутит?

— Не говори ерунды, — отмахнулся он и глотнул пиво. Помолчал, изучая этикетку на бутылке пива. — Ты не понял: она ничего нам не говорила весь этот месяц. И сегодня не хотела рассказывать о своей проблеме. Так ведь девушки не поступают? — Я задумался и откинулся на спинку стула. Я понял, что брат имеет ввиду. Своим парням девушки о таких проблемах рассказывают. Ищут сочувствия и ждут, чтобы их успокоили, помогли. Это нормально. Но Таня упорно молчала. Почему? Не считает наши отношения чем-то серьёзным? Боится, что мы её бросим по такому поводу? А ещё вспомнил её отказы встречаться, как оказалось, из-за месячных. Неужели Таня думает, что нужна нам только в качестве постельной грелки? Да, мы о своих чувствах ей не говорили, но неужели по нам итак не видно? Женщины же обычно чувствуют такие вещи. Вспомнил её реакцию на подарок и желание отблагодарить. Нет, судя по всему, не понимает. Или не верит в наши чувства. И надо что-то с этим делать. Брат вздохнул и предложил наиболее действенный вариант. — Надо будет ей признаться в наших чувствах. Прямым текстом.

— Только как это сделать, чтобы она не сбежала? — я криво улыбнулся. Собственно сегодня я хотел озвучить переход на более серьезную стадию отношений. А точнее хотел спросить: на каких условиях она согласна к нам переехать? Но до этого вопроса так и не дошло. Что будет, когда мы предложим ей наш вариант совместного будущего, даже представить не могу. Слишком непредсказуемая у неё реакция на наши поступки. Иногда благодарит за сущую мелочь, а на более дорогие подарки реагирует подозрительно. Даже на квартиру очень странно отреагировала, хотя она ей понравилась. И обстановка тоже, не зря столько денег дизайнеру отдали. Пришлось неплохие премиальные добавить за срочность. Впрочем, для неё ничего не жаль. Только вот Таня этого не понимает. И иногда мне кажется, что она все ещё хочет от нас улететь. Поэтому цель номер один: все же не испугать её.