Книга Недотрога для хищников. Единственная для двоих, страница 351 – Олеся Рияко

— Ив. Лило здесь нет. Точно нет. Никаких признаков маяка или чего-то похожего на капсулу на поверхности Земли. Ты знаешь, что мне тоже больно… Но мы не можем поступить иначе. Нам придётся оставить всё как есть.

Она была права. Они все были правы. Но разве могло мне от этого стать легче?

Я подвела Лило. Я потеряла её… и согласилась с этим смириться.

Чувствуя себя ещё более усталой, чем прежде, я собрала все оставшиеся силы в кулак и тихо сказала:

— Нам нужно собраться и как можно быстрее. Эти высокомерные гады вряд ли будут послушно ждать, пока мы решим все свои дела. Ань, никаких сантиментов. Берём только самое необходимое.

— А мой рюкзак? — с надеждой спросила она.

Я вздохнула. Рюкзак… мой, к несчастью, сгорел в атмосфере вместе с киранским кораблём и регуланским уродом. Но жалела я не о вещах, которые в нём остались, а о том, что в тот последний раз, когда держала в руках фотоальбом с нашими с мамой фотографиями, не нашла в себе сил пролистать его и вспомнить мамино лицо.

Теперь оно быстрее стёрется из моей памяти… В ней останется только мамин голос. Потому что память на голоса была у меня куда сильнее.

Примерно через час мы все четверо были готовы к выходу. Рэвул и Рину несли с собой по большому рюкзаку из такой же камуфляжной ткани, как и наши штаны. Аня — с двумя рюкзаками: большим чёрным, который взяла здесь, на корабле, и маленьким до нелепости розово-конфетным, с кучей мультяшных замков и брелком в форме балерины в блестящей пачке. Помимо них она прижимала к груди ещё три толстых книги, на которых что-то было написано по-русски, которые взяла в библиотеке «Гамаюна». И я — практически налегке, с небольшим чёрным рюкзаком, в который поместилась вся моя одежда и ещё несколько вакуумных упаковок чая и кофе.

Ну куда же я без чая и кофе. А ещё Рину и Рэвул теперь тоже!

Киранцы забрали наши тяжёлые рюкзаки, и мы вместе спустились вниз, в грузовой отсек, к которому был пристыкован транспортный модуль большого даэдрийского корабля. Сам он, большой, мощный и светящийся тысячей огней стоял в отдалении от орбиты Земли, чтобы не быть к ней притянутым.

Я замерла на лестнице, видя, как просторно стало в грузовом отсеке. Мимо неторопливо, виляя упругой задницей, обтянутой штанами цвета хаки, прошёл незнакомый даэдриец с ультракороткой стрижкой с волнообразными выстригами. В руках он нёс большой металлический контейнер, в котором что-то стеклянно звенело.

— Эй, что вы делаете! — выкрикнула я, спускаясь, перепрыгивая через ступени.

Даэдриец обернулся ко мне и растянул губы в хулиганской улыбке. В сравнении с двумя другими патрульными, этот был самым молодым. А ещё самым смуглым. По земным меркам — практически африканец, только черты лица были более европеоидные. И, конечно же, острые уши, сдвоенные клыки…

— Реквизируем полезный груз с заброшенного корабля, малышка! — без тени смущения ответил он, продолжая тащить ящик на свой корабль. — Согласно конвенции Торда имеем на это полное право.

В грузовом отсеке корабля хранились запасные детали, оружие, инвентарь… Хрен с ним, с инвентарём и продуктами, но оружие! На «Гамаюне» было много вещей, которые ни в коем случае не должны были попасть в лапы инопланетян! Тем более этих вот заносчивых даэдров — Катюша, «Громозека», «Говоруны»! И мне бы сейчас нужно было отдать команду ИИ врубить последних и пресечь нарушение, но ведь эти даэдрийские гады были нашей единственной возможностью безопасно добраться до Кира…