Книга Демонхаус, страница 183 – Софи Баунт

— Этой ночью я продемонстрирую тебе кое-что получше массажа, – обещаю я, спускаясь с поцелуями по ложбинке груди девушки.

Сара шепчет, что я слишком много болтаю, и я вновь чувствую ее вкус на губах, тянусь ладонью к застежке на алом бюстгальтере, пока Сара расстегивает мои джинсы.

Не знаю, остановились бы мы в другом случае, но в следующую секунду нас обоих пронзает струна боли, скручивая органы изнутри.

— Что за черт? – ахаю я, ощупывая себя.

Сара держится за горло и шипит сквозь зубы:

— Тьма… ее остатки.

— Не понял, – морщусь я из-за саднящих порезов, но их плач постепенно утихает.

— Волаглион ушел за дверь, – добавляет Сара. – Не знаю, как объяснить… в общем, его часть, которая не успела покинуть наши тела, последовала за ним. Разве у тебя не было чувства, словно из тебя кусок вырвали?

— Да, оно самое.

Мы созерцаем друг друга: растрепанные, полураздетые, разгоряченные. Часы в коридоре пробивают полночь, разнося тяжелый звук ударов по дому. Сара выползает из-под меня и берет халат со спинки стула у трельяжа.

— Смотри в окно, – просит она.

— Серьезно? Ты при мне из джакузи выпрыгивала голой, я все уже видел… и даже не буду говорить, как часто я видел повтор этой сцены во снах… для моего мозга мы с тобой уже женаты лет двадцать, учитывая, сколько раз у нас было, – смеюсь я.

Сара многозначительно ждет, и я сдаюсь, отворачиваюсь, но краем глаза, правда, подсматриваю. Ведьма скидывает блузку, лифчик и накидывает изумрудный халат, стягивает легинсы. Затем она возвращается в кровать. Я откидываю одеяло и укрываю нас обоих. Сара прижимается головой к моей груди, и это, наверное, самое приятное, что я когда-либо чувствовал.

— Будем отдыхать? – шепчу я, гладя костяшками пальцев ее скулы.

Нет, я по-прежнему до умопомрачения хочу Сару, хоть руку мне отсеките, я не перестану ее хотеть. Однако не уверен, что того же хочет она. Ведьма устало вздыхает и едва не плачет, прижимаясь ко мне и о чем-то размышляя. Возможно, она ощущает нечто, чего не ощущаю я в этом доме, и это нечто ее расстроило, потому что она совсем не похожа на ту ведьму, которая пять минут назад хотела снять с меня джинсы.

— Засыпай. – Я целую Сару в лоб. – Я буду рядом.

Сара на секунду напрягается, но потом шмыгает носом, выдыхает, переплетает свои пальцы с моими и закрывает глаза. Я ощущаю, как поднимается и медленно опускается ее грудь, а сердце снижает частоту ударов.

— С Рождеством, Сара.

— И тебя, Рекс… – шепчет она в ответ, касаясь горячими губами моей шеи.

Этой ночью я долго не мог заснуть, пока Сара нежилась в грезах. Я уже не боялся смерти, боли или демона. Мне была невыносима лишь одна мысль – что я больше никогда не увижу Сару. Внезапно мне стала не нужна жизнь, если ведьма не рядом, не держит за руку, не жмется к моей груди, моя цель и чувства слились в единый организм и определили судьбу – от одного взгляда в синие глаза, от вида слез на темно-коричневых ресницах.

Волаглион, подобно Аиду, похитившему прекрасную Персефону, украл жизнь Сары, и мне придется не только спасти свою шкуру, но и стать Гераклом, который спасет девушку из рук владыки мертвых.

Я спасу нас обоих от Волаглиона.

Любой ценой…

* * *

С каждым шагом туман уплотняется, окутывает липким холодом и вот-вот проглотит меня, сделав частью своей сущности. Я едва различаю тропу. Чувствую запах пихты и мирры, а еще ноты влажной земли после дождя. Оглянувшись, я замечаю силуэты. Женские силуэты. Две светловолосые девушки в белых платьях выходят из леса по обе стороны от тропы. Лица знакомые. Однако признать не могу. Бесшумно девушки скользят все ближе и ближе ко мне, пока не подбираются вплотную, они кружатся подле меня призрачными сгустками, касаются белыми пальцами моей кожи, вызывая мурашки.