Книга Демонхаус, страница 225 – Софи Баунт

Демон проводит ладонью по тонкой девичьей спине, останавливает пальцы на пояснице и притягивает Сару ближе к себе. В его глазах нет ничего, кроме мрака.

— Да, – тихо говорит девушка, покрываясь мурашками. – Только освободи их…

Волаглион припадает к губам Сары с поцелуем, и все поглощает тьма.

Я возвращаю нас на озеро лотосов и смотрю на мрачного Рекса, утонувшего в размышлениях. В крипте разума я не слепа. Ступлю за пределы комнаты – и вновь угольная пустота, но это место – часть сознания. Рекс не сразу понимает, что я могу видеть, а когда замечает, то двумя шагами преодолевает расстояние между нами и берет в ладони мою голову.

— Твои глаза, – радуется он.

— За стенами этой комнаты слепота вернется.

Рекс поджимает губы, берет меня за руку и едва слышно спрашивает:

— Как Лавр убил твоих сестер?

— Не он… – Я сжимаю теплую мужскую ладонь. – Не совсем он. Их повесили из-за обвинений в колдовстве. Тот пожар… Лавр наговорил уйму всего про моих сестер: что они варят отраву, что холера, убивающая народ, – это их рук дело, что они похищают детей для Сатаны…

Рекс хмурится.

— А что было потом?

— Я… убила его.

Рекс округляет голубые глаза, и я беру его руку в свою, изучая каждую деталь лица, по которому я так скучаю после потери зрения, ищу во взгляде презрение.

— Как это произошло? – вздыхает Рекс, поглаживая мои запястья. – Ты отыскала его после заключения договора с Волаглионом?

— Я не искала Лавра. Когда мы заключили договор, демон забрал меня к себе. В этот особняк. Он заявил, что я должна выполнять любые приказы, но ничего не требовал, а потом… привел его.

Я закрываю глаза, вспоминая, как демон швырнул Лавра к моим ногам, сунул в руку кинжал и надел мне на шею этот треклятый медальон, прошептав лишь одно: «Убей, любовь моя…»

А я не могла. Ненавидела, да, но убить не могла. Я медленно приблизилась к Лавру и спросила, как он мог так поступить, на что парень ответил: «Потому что вы гребаные ведьмы! Убийцы! Нечисть!»

И тогда я воткнула кинжал ему в шею. По самую рукоятку.

— Он стал первым призраком дома? – спрашивает Рекс.

— Медальон проклят кровью предателя. Смерть Лавра и моя боль… из всплеска этой энергии создана магия медальона. Волаглион связал его силу с домом и сказал, что души мужчин в этих стенах будут питать меня и поддерживать его самого. Я воспротивилась. Никто не рассказывал мне заранее, как действует контракт с демоном, а я отдала ему всю себя, Рекс. Всю! Я продала даже свою волю. Я не могу сопротивляться Волаглиону. Когда он сказал, что каждый год я должна предоставлять новые души, я пыталась исчезнуть, убежать, но демон всегда меня находил. Между нами связь. И она нерушима.

— Ты говорила, что демон уязвим, – напоминает Рекс, целуя меня в щеку и стирая мои слезы.

Я теряюсь, когда он становится таким нежным, и хочу умолять его никогда не отпускать меня, как бы смешно это ни выглядело.

— Каждые шестьдесят шесть лет Волаглион вынужден менять тело, – киваю я, одновременно раздумывая, могу ли я прямо сейчас поцеловать Рекса, мне хочется этого, и я не понимаю, отчего мне так страшно коснуться его. – Он вселяется в колдунов из одного рода, а если этого не сделать – он исчезнет, вернется в преисподнюю.

Рекс садится на камень. Повисает тишина. Я молча наблюдаю за ним. Не знаю почему, но мне очень важно, что он скажет. Будто я дала ему в руки топор и жду удара.