Онлайн книга «Демонхаус»
|
Он просто взял… и ушел! — Не злись на Рона, – бормочет Иларий, помогая Инге застегнуть платье. Девушка совсем не сопротивляется. Послушная. Безмолвная. Розовая мечта. Моя Инга – девушка, конечно, красивая. Миловидная брюнетка. Хоть и миниатюрная, но все при ней: пышная грудь, цепкий взгляд серебристых глаз, скользящая походка, как у грациозной королевы. Не ходит – летает. Но характер… Сара хотя бы не скрывает, что стерва, а эта детка – гребаный ящик Пандоры. Вновь впадая в бешенство, я кричу так, что бокалы поют: — Да я ему морду разобью, когда выпровожу Ингу! Не-е-ет… Я раскрою его череп о штангу, а потом сниму диски и засуну гриф ему в задницу! — Он не хотел. Пойми, мы… — Ты тоже не хотел, но, в отличие от тебя, Рон это сделал! — Если бы он не сделал это сам, Сара бы влезла в его голову и заставила. Только подумай, что он мог натворить в состоянии гипноза. – Иларий осекается и краснеет. – Счастье, что она меня к ней не приставила. Добровольно я бы не смог. — Думаешь, под гипнозом вытворишь что-то хуже Рона? Парень смущается. — Давай не будем об этом. Придерживая невесту за талию, я помогаю ей встать и прижимаю к себе. Запах абрикосовых духов проникает в легкие. Инга смотрит на меня серыми мутными глазами, и я не нахожу ничего лучше, чем прошептать: — Прости. Бедная Инга… Сара ответит мне за это. Желая поскорее вывести Ингу из дома, я быстро застегиваю пуговицы на ее голубом плаще. Одновременно вспоминаю странное имя, которое вылетело изо рта Рона. — Кто такой Волаглион? — Ох… – Иларий лихорадочно дергает край своей золотой рубашки, оправляя неровности. Я не первый раз замечаю подобный блеск в его салатовых глазах. Страх. Парень прикусывает губу, а затем произносит: – Хозяин дома. Глава 7 Единственная любовь Волаглион… От одного упоминания этой неизвестной личности в комнате воцаряется зверский холод. Почему я раньше о нем не слышал? И кто он? Муж Сары? Маловероятно. Ее родственник? Я хмурюсь. Иларий усердно изучает мое лицо – будто на нем можно найти монументальный труд о смысле жизни, – а Инга прилипает носом к моей груди. Из-за ее теплого дыхания и запаха абрикосов кружится голова. Застегивая последнюю пуговицу на плаще невесты, я говорю Иларию: — Имя как у нечисти. Почему я до сих пор не видел вашего Волаглиона? — Он уехал за границу. – Иларий выдерживает паузу и лопочет: – Давай помогу проводить Ингу. — Я сам. – Останавливаю парня жестом и веду невесту к выходу, но через плечо задаю вопрос, который истязает мозг: – Она будет помнить, что произошло? — Нет, Сара не дура, чтобы себя подставлять. – Иларий пожимает плечами. Дверь за спиной со скрипом закрывается. Сама. Иногда кажется, что дом разумен, что он живой и наблюдает за нами, периодически выкидывая какие-то фокусы веселья ради: то окно исчезнет из-под носа, то ступенька скосится, и я кувыркаюсь с лестницы в горшки с кактусами Илария. Не будем исключать, что, возможно, дело не в доме, а в моей короткой памяти и ловкости тюленя, но мне кажется, что я не настолько безнадежен. Это все же необычный дом. То, что он издевается над гостями (особенно надо мной), чем-то шокирующим не станет. Под руку с Ингой мы выходим во двор. Прохладный ветер гоняет вокруг нас разноцветные листья маленькими торнадо и подкидывает подол голубого плаща моей бывшей невесты. Вновь срывается мелкий дождик. |