Книга Демонхаус, страница 63 – Софи Баунт

— О-о-о, Виса мстительный! Но что он может нам сделать? Мы бессмертны. А вот он – нет. Молодость сохраняет, но убить-то его легко. Как обычного человека. Знаешь, никогда не понимал прелестей бессмертия. – Иларий вальяжно откидывается на диване с бокалом своего вина. – В чем счастье? Вечность любоваться природой? Надоест. Общаться с людьми? Убеждай меня сколько угодно, что люди разные, а я буду не согласен. Все похожи. Скука смертная. Что еще есть на этом комке грязи, летящем по галактике, что могло бы прельстить оставаться здесь веками?

— Виски, – усмехаюсь я, мешая ячменное дитя дубовой бочки с холодной колой.

Иларий салютует бокалом.

— За дар богов! – улыбаюсь я, делая глоток. – Мы жаждем бессмертия либо от страха неизвестности, либо от огромного количества незавершенных дел. У меня нет ни того, ни другого. Нет ничего хуже, чем дать бессмертие тому, кто в нем не нуждается.

— Однако… ради чего ты жил?

— А я не думал об этом. Рассуждал так: вот это мне нравится. Хочу! И делал все для достижения цели. Так я открыл свое дело уже в восемнадцать, купил хороший дом, квартиру, дорогую машину. А смерть… умоляю, мне было плевать. Сара осуществила худший кошмар.

— Погибнуть? Прислуживать девушке? – Иларий тонко улыбается.

— Оказаться в клетке.

— Забавно. Теперь я понимаю, почему ты нравишься Саре. У вас общие страхи.

— Ее страх не стал реальностью.

Иларий облизывает губы.

— А по поводу Висы, – задумываюсь я, – сначала я подумал, что он и есть ваш Волаглион.

Парень утыкается носом в бокал.

Да почему никто не хочет рассказывать о таинственном хозяине дома? Трясутся от одного его имени. Не понимаю.

Я мысленно окунаюсь в события прошедших дней, вспоминаю слова ведьмы о наемнике. Сара была в ярости из-за того, что не смогла сделать его одним из призраков в доме. Я был поражен. Оказывается, что не каждый убитый на Платановом бульваре, сорок семь, остается заточен в его стенах.

Сара проводит специальный ритуал.

В тот день она собиралась провернуть это и с наемником, однако не успела. Виса убил мужчину и выставил меня виноватым, кричал, что я его отпустил, и, чтобы тот не сбежал, ничего не оставалось, как перерезать наемнику горло. Я протестовал.

«Если ты его не отпускал, то должен был удержать. Вместе с тобой, Виса! Как ты посмел его убить? Позорище. Вас, двух взрослых мужиков, избил и растолкал едва живой пленник?» – ругалась Сара.

Иларий прерывает мои мысли:

— Кстати, Рон рассказал Инге, что ты сам пришел в этот дом на свидание с Сарой… и кое-что от себя там придумал. Вот она и не разговаривала с тобой несколько недель. Я подслушал вчера. Случайно…

— Что?!

Ну все, с меня хватит.

Едва дошагав до спальни Рона, я слышу смех Инги и заглядываю в щелку двери. В лицо дует сквозняк, который гоняет желтые занавески. Инга лежит головой у Рона на коленях, пока тот перебирает ее черные пряди.

Я сжимаю зубы.

— Лари говорит, что ты боишься темноты, – говорит Инга. – Поэтому не ходишь в подвал.

— Очкарик вообще много говорит, я смотрю. Хотя это правда. Есть грешок. Но по большей части я не спускаюсь из-за двери с душами убитых. Жутковато.

Моего гнева тебе бояться надо, сволочь! Руки трясутся. Я с трудом сдерживаюсь, чтобы не сорвать дверь с петель и не избить створкой Рона!