Книга Демонхаус, страница 78 – Софи Баунт

Какого черта?

Волаглион касается своего плеча. Рана затягивается. Он регенерирует за жалкие секунды, и лишь кровь, стекающая по бицепсу, напоминает о полученном ранении.

Да вы издеваетесь!

Сара обхватывает медальон и шепчет приказ. Мой кулак разжимается сам собой. Клинок звякает о плитку гостиной.

Она шутит? Я же помочь хотел! И что теперь делать? Бежать? Нет, покажешь слабость один раз, и об тебя всегда будут ноги вытирать. Однако как бороться с тем, у кого раны моментально затягиваются? Его вообще можно убить? Что он такое?

— Flamma gladii, – произносит демон.

Я кидаюсь в сторону – из пальцев Волаглиона выскальзывают потоки пламени и летят прямо в меня.

Острые языки пламени, к счастью, поджигают только кофту. Я чувствую запах паленой ткани и торопливо щупаю грудь. Вроде цел. Сжимаю зубы и поднимаюсь на ноги. Волаглион едва дыру мне между ребер не прожег.

— Рекс… верно? – спрашивает демон.

Глаза его напоминают грозовое небо: вот-вот грянет оглушающий взрыв, потолок обрушится на голову, и густая тьма поглотит наши останки.

Каждая мышца моего тела напрягается в ожидании удара, какой бывает при столкновении гигантского метеорита с карликовой планетой. Энергетика демона расколет меня. Выбьет с орбиты. Снесет с корнем!

Ведьма выразительно кивает на лестницу. Приказ ясен. Уходить. Но я не собираюсь подчиняться. Растрепанные рыжие волосы, синяк на плече, неровное дыхание, испуганные синие глаза… И мое сердце бешено скачет. Сара боится, но изо всех сил показывает обратное. В руках Волаглиона она – безвольная кукла, терпит любые прихоти хозяина.

Хмурясь, я двигаюсь в ее сторону.

Никуда я не уйду.

Этот урод чуть не испепелил меня! Он ответит за это. Я бессмертен, а значит, есть шанс поквитаться, надо подобрать что-нибудь острое… и отрезать ему причиндалы!

Шрамы на животе Сары вдруг приковывают мой взгляд. Буква «В». Уродливо-изогнутая буква «В». Так это что… его работа? Он изуродовал девушку? Этот урод оставил на ней свои инициалы, блядь?

Сара запахивает халат, поднимается, но демон толкает ее обратно на диван и приказывает оставаться на месте. Вокруг золотых волос разбухает темная воронка и окрашивает их в черный цвет, словно ночь поглощает солнце. Свет в комнате искрится. В воздухе запах серы.

С меня хватит!

Я шагаю к Саре, Волаглион – ко мне, и теперь чернеют не только его глаза и волосы (которые еще и отрастают до самой груди, извиваясь в воздухе), но и пальцы, будто демон их в чернильницу обмакнул. Лицо его – стальная плита. Совершенно не понимаю, что он собирается делать. Благоразумие советует притормозить, и я слушаюсь, останавливаюсь и смотрю в нефтяные глаза, которые не отрываются от меня.

Господи, как же я ошибся. Каким наивным был! До чего неверно истолковал сущность Сары. И теперь поражен – мучительно поражен – ее покорностью перед мужчиной.

Она пешка в игре этого… этой твари.

— Чего ты желаешь, Рекс? – спрашивает Волаглион. – Неужели Сару?

— Оставь ее в покое, – рычу я.

Мы стоим в двух метрах друг от друга. Все в нем непроницаемо: мощь крепкого тела, призрачные эмоции, суровый баритон… Его браслеты-татуировки не дают мне покоя. Что за символы? Почему у Висы такие же? Где я видел их раньше?

— Ты хочешь защитить ту, что убила тебя? – усмехается демон и вальяжно показывает на свою грудь. – Ту, что вырезала твое драгоценное сердце…