Книга Адвокат киллера, страница 49 – Софи Баунт

Какого черта? Глеб передумал? Решил прибить меня до прихода Лео? Хотя… зачем ему лезть через окно?

Шаги приближаются.

— Кто здесь? – не выдерживаю я.

И очень зря. В темноте различаю фигуру мужчины. Она выплывает из кухни на мой писклявый зов. Это не тот мрачный эльфийский король, которого я в ужасе ожидала увидеть. Глеб выше. И плечи не такие объемные.

Тогда кто это?

А вдруг он попросил кого-нибудь прибить меня, пока Лео не вернется? Глеб сумасшедший! От него можно ожидать чего угодно!

Фигура подкрадывается. Резко опускается передо мной, словно хочет вцепиться в горло и сожрать. Я зажмуриваюсь. И кричу.

— Тише, эй, тише, солнце, – успокаивает голос над ухом.

Человек берет меня к себе на колени, щупает запястье в наручниках и достает тонкий предмет, похожий на иглу, из внутреннего кармана пальто.

Я свожу в фокус мужское лицо, которое вмиг оказывается очень близко.

— Виктор? – восклицаю.

Не сразу узнаю его без шляпы. Но сатанинские глаза сложно не запомнить: этот пытливый взгляд из памяти и бензопилой не вырежешь.

— Все хорошо. Спокойно. Я рядом.

— Но… как же вы… ты… как?!

Ковыряясь в замке наручников, он шепчет:

— Проследил за белобрысым, потом ждал, пока он сгинет. Погоди, сейчас освобожу тебя… еще чуть-чуть погоди, солнышко.

— Ждал? Вы видели, что меня похитили, увезли за город, затащили в дом и, возможно, собирались башку прострелить, и просто… ждали?!

— Я бросился за тобой, как только смог. Я видел, как он засунул тебя в машину, но пока добежал до своей, потерял след. Потом отследил по камерам, что Глеб рванул за город. Понял, что в этот дом. И то… лишь потому, что знал о его существовании. Чисто интуитивное предположение.

Одежда Виктора пахнет морозом, шея – свежим грейпфрутом и мхом, а ладони – собакой. На его плечах снежинки, в которые я утыкаюсь носом, на эмоциях обнимаю своего спасителя, чувствую, как с его русых волос на мое лицо сыплется мокрый снег.

— Когда я приехал, он пристегивал тебя наручниками к лестнице, и я не стал вламываться, извини, потому что убивать он тебя явно не собирался. Потом…

Я вновь кричу:

— Минутой раньше он мне чуть мозги не вышиб!

Господи, ну хоть бы солгал, что только приехал, звучало бы поприличнее!

— Радость моя, я этого не видел, – вздыхает Шестирко. – Надеялся, что всю историю о том, какого хрена у вас тут произошло, поведаешь мне именно ты. Глеб еще и во дворе почти час копошился, я следил, думал, что он что-нибудь важное делать начнет…

— Начал?! Я тут час сижу! Рука опухла, как гусеница, из нее вот-вот кость вылупится!

— Увы, ничего компрометирующего.

Наручники с громким стуком падают на пол. Я растираю запястье.

— Почему ты в халате? – удивляется мужчина, и его резкий поворот головы вновь напоминает повадки рептилий.

Виктор набрасывает мне на плечи свое пальто, берет мои ладони в свои, тянет на ноги. Я пошатываюсь.

— Неудачное свидание, – отвечаю, опуская голову. – Худшее… и последнее в жизни.

Шестирко поднимает меня на руки, из-за чего я выкатываю глаза, и несет к дивану, усаживает точно беспомощную девочку, заботливо интересуется, как я себя чувствую, не навредил ли мне Глеб, не изнасиловал ли. На последнем вопросе я открываю рот. Но не отвечаю. Молчу до тех пор, пока Виктор не прижимает меня к себе. Я напрягаюсь. Мозг проводит ассоциацию с Глебом: когда он чуть не раздавил меня на кухне. Однако образ быстро затухает. Виктор гладит меня по макушке, шепчет утешительное, разве что за ухо не треплет, – и спустя минуту слезы из моих глаз начинают катиться неудержимыми реками.