Книга Мемуары Эмани, страница 84 – Нина Ким

— Устал?

— Да, малыш, устал, – отвечал он ласковым голосом и прятал холодные глаза, уткнувшись ей в плечо.

Хороша, совсем не изменилась, не обабилась. Вот глаза другие, не блестят и не улыбаются, как раньше. Она тоже не сводила глаз с Игоря. Возмужал, держится спокойно, не заглядывает в глаза и не угождает, как прежде. От него пахло достатком и уверенностью.

* * *

В конце вечера Аня без обиняков сказала:

— Поехали ко мне, я так хотела провести с тобой время.

Голос ее задрожал. Он выдержал паузу и ответил будничным голосом:

— Хотелось бы, но вечер уже распланирован. Извини.

Это был удар ниже пояса, но Аня смогла улыбнуться и протянуть:

— Жаль, я надеялась побыть с тобой наедине.

Игорь шутливо склонил голову, глядя на нее холодными глазами:

— Виноват, сударыня.

Они расстались навсегда со счетом 0:0.

* * *

Игорь лежал в том же положении, боясь пошевелиться. Лежал и видел себя со стороны. Богатый и влиятельный, он валяется один на полу. Умирает в пустом доме, напичканном долларами, без хлеба и воды, без света и тепла, с обидами на девочку из юности, которой хотел отомстить. Вся жизнь прошла перед глазами, никчемная и пустая. Игорь заплакал от бессилия и позднего раскаяния.

Поздно вечером он добрался до дома, открыл дверь и с порога крикнул:

— Люба, ты думаешь мужа кормить? Я голоден!

Женщина, его жена, живая и ласковая, смотрела на него глазами цвета спелой ежевики, которую он так любил собирать в детстве.

Ада написала заглавие и застыла. Времени было предостаточно. Приговор вынесен месяц назад: «Окружной суд Роттердама приговаривает гражданку Голландии Аду Вангеловин к десяти годам тюремного заключения за содеянное преступление – непредумышленное убийство гражданина Вальтера Вангеловина».

Шесть месяцев назад она позвонила подруге:

— Приходи завтра в гости. Я свободна в эти выходные.

— Могу к обеду, – легко согласилась Надин.

Она приехала через час. Ада открыла дверь и улыбнулась:

— Ты все хорошеешь, дорогая!

— Спасибо, и ты прекрасно выглядишь. А где Вальтер?

— Улетел в Женеву на два дня. Как твой Гидо?

Перекидываясь вопросами и ответами, они прошли в дом. Надин одобрительно кивнула на бутылку бордо:

— Коллекционное?

— Для тебя, – ответила хозяйка и налила гостье красное, а себе белое.

Через два часа Надин лежала на полу. Ада включила музыку и взмахнула рукой. Топор мелькал в воздухе в такт ритму, то быстро, то медленно. Вытерев пот со лба, Ада складывала в мусорные мешки то, что недавно было подругой. Красное в белых прожилках сердце завернула в пищевой пакет. Небрежно заглянула между ног Надин и удивилась. Все было обычным, только волосики белого цвета: «И что Вальтер тут нашел интересного?» Мусор хозяйка вывезла в глухую часть леса. Тропинка почти заросла, но ноги сами находили нужную дорогу по старой памяти. Когда-то в первые годы они с мужем подолгу гуляли здесь, радуясь тишине и покою.

Вальтер гордился покупкой старинного особняка с лесом и озером, потому что исполнилась часть его мечты. Мечты человека, привыкшего быть на первых ролях. Он нравился тем, кому хотел угодить. Предупредительные движения, слегка склоненная в сторону собеседника голова, мягкий голос и теплые глаза. Ада увидела его таким двадцать лет назад.

Сейчас это был другой человек, чужой мужчина с холодным взглядом, металлическим голосом и сильным кулаком. Она его боялась. Когда Вальтер превратился в деспота? С первыми морщинами на ее лице или с первыми уступками во всем, когда робко заглядывала ему в глаза?