Книга Второй шанс. Опозоренная невеста злодея, страница 47 – Дита Терми, Эя Фаль

Но он держался.

Мои пальцы скользнули по его скуле – по горячей, гладкой коже, по линии челюсти, по напряжённым мышцам.

Я перевела взгляд на его губы. Он – на мои. Я видела, как его зрачки расширились, как взгляд замер на них.

Внутри меня всё горело.

Я вдруг безумно, нестерпимо захотела почувствовать его вкус.

И я невольно облизнула пересохшие губы.

Это было последней каплей.

Я увидела, как что-то в нём сломалось. Как последний барьер рухнул, разбился вдребезги, не выдержав этого простого, инстинктивного жеста.

— Кайран, – выдохнула я.

Он наклонился ко мне.

Медленно. Опасно. Неотвратимо.

Его губы замерли в миллиметре от моих.

Я ждала поцелуя.

Всем своим существом ждала, когда его губы обрушатся на мои. Каждая клеточка моего тела была натянута в предвкушении этого момента. Сердце колотилось отчаянно, желая вырваться из груди, дыхание перехватило, в висках пульсировала кровь.

Но он медлил.

Его губы замерли в миллиметре от моих. Я чувствовала их жар, чувствовала его дыхание, чувствовала, как он дрожит – мелко, едва заметно, но дрожит. Между нами было такое явное физическое напряжение, что воздух, казалось, искрил.

Я смотрела в его глаза – чёрные, бездонные, горящие адским пламенем – и тонула в них. Тонула добровольно, счастливо, без надежды на спасение.

И тут его руки рванули меня вверх.

Легко, будто я ничего не весила, будто я была пушинкой в его стальных ладонях – и в следующее мгновение моя спина вжалась в холодную стену.

Каменная кладка больно толкнула лопатки, выбив воздух из лёгких, но я не успела даже ничего понять толком, потому что он уже был рядом.

Вдавил.

Всей своей мощью, всем своим телом прижал меня к стене, не оставляя ни миллиметра расстояния. Я чувствовала каждую линию его тела – жёсткие мышцы груди, твёрдые бёдра, сильные руки, запершие меня в ловушку по обе стороны от головы. Его грудь вздымалась от тяжёлого дыхания, и каждый вдох, каждый выдох передавался мне, становился моим.

Он нависал надо мной, огромный, тёмный, опасный. Чёрный мундир облегал его плечи, подчёркивая каждый мускул. Прядь волос упала на лоб, делая его ещё более диким, ещё более первобытным. И в его глазах не осталось ничего, кроме пламени. Чистого, первобытного, всепоглощающего пламени, в котором я готова была сгореть добровольно, без остатка.

— Кайран... – прошептала я снова.

Он сорвался.

Его губы впились в мои.

Жадно, отчаянно, собственнически.

Сразу же глубоко, горячо, так, что дыхание сбилось в один момент. Никакой нежности, никакой робости – только голод, только жажда, только дикое, первобытное желание.

Его губы сминали мои, его язык ворвался в мой рот, танцуя бешеный, головокружительный танец. Грубо. Сладко. Так, что все мысли покинули голову в одно мгновение, растворились в этом поцелуе, исчезли, сгорели дотла.

Остались только эти ощущения.

Я цеплялась пальцами за его мундир, комкая дорогую ткань, прижимаясь к его телу в ответ, пытаясь стать ещё ближе, хотя ближе уже было некуда. Мои пальцы царапали его плечи, зарывались в жёсткую ткань, ища опору в этом водовороте страсти.

Его губы обжигали, требовали, брали. Одна рука скользнула на мою талию, а потом вверх – медленно, мучительно медленно, оставляя за собой дорожку из огня. Пальцы зарылись в мои волосы, сжали их у корней, оттягивая голову назад, открывая шею.